Квест

И хотя, никто никогда не видел их вместе вне работы, эти слухи, как и положено слухам, упорно расползались среди его знакомых.

– Влад, – сказала Настя, когда поезд только тронулся, – Ты просил напомнить…

– Настя, я помню, спасибо. – спокойно ответил он, даже не отводя взгляда от проплывающего за окном мимо них ночного города. Завтра исполнится ровно двадцать лет с момента первой его встречи с его женой Машей. Эту дату он помнил всегда и все девятнадцать раз организовывал не грандиозные, но очень душевные и домашние праздники.

Они ехали молча уже больше получаса, когда открылась дверь купе и проводница в униформе спросила:

– Чай, кофе, бутерброды, печенье? Что пожелаете?

– Один чай зелёный, если можно и кофе без молока, пожалуйста. – Влад не знал всего о Насте, но то, что она кофе может пить в любом количестве, ни для кого не было секретом.

Проводница удалилась, даже не взглянув на них, и оставила дверь купе открытой, но это не смущало ни Настю, ни Влада.

– Насть… Что у нас там завтра? – Влад задавал этот вопрос Насте по три раза в день на протяжении трёх лет. Около тысячи раз звучал этот вопрос, но Настя всегда имела ответы на эти вопросы.

– Влад, завтра отдыхай, у тебя семейный праздник, я всё отменила. И, это… Ну, напиши, хоть что-нибудь, Абрамович уже спрашивал, как дела продвигаются.

– И как у нас дела продвигаются? – равнодушно спросил Влад.

– А никак… Ты и сам это знаешь, но очень скоро я не смогу тебя прикрывать.

– А ты меня прикрываешь? – не скрывая удивления, спросил Влад. – Очень интересно.

– А ты думаешь, что одиннадцать месяцев твоего бездействия могли бы остаться незамеченными, если бы я не рассказывала редакторам сказки о том, что ты по ночам не спишь, а творишь?

– Не хами, ладно? Я делаю всё, что ты мне говоришь. Встречи, автограф-сессии, которых я терпеть не могу, киностудии, презентации, эфиры эти дебильные, как сегодня.

– Я не сказала, что не делаешь, я сказала лишь, что ты не пишешь. И я это знаю… А писать надо, потому что у тебя контракт. И, если ты его нарушишь, то Абрамыч сделает всё, чтобы твоё творчество закончилось навсегда.

– Я не понял, ты меня сейчас пугаешь, что ли?

– Просто говорю, как всё может быть, но, надеюсь, что ты возьмёшься за работу, выбросишь всякую дурь из головы и не испортишь свою жизнь.