Наши хрупкие надежды

– Мишель? Что ты тут делаешь?

От неожиданного я подпрыгиваю.

– Я хотела прийти к тебе. Дверь была открыта, и я решила зайти. Прости за вторжение.

Фиби, в халате после душа, улыбается прекрасной улыбкой и поправляет мокрую прядь за ухо.

– Ничего страшного, оставайся. Но если хочешь большего, для тебя будет скидка.

Она подмигивает и уходит на кухню.

– Выпьем вина! – слышу я.

Пока Фиби достает бокалы, звон которых слышен из кухни, я полностью осматриваю комнату. Да, она крохотная, но я бы лучше тут жила, чем в своей коморке.

Возле постели есть окошко с короткой белой шторкой, из которого можно увидеть, как солнце уходит за горизонт. Для октября очень светло и тепло. Не помню, когда я осенью надевала черный короткий топ, который сейчас на мне.

Напротив кровати также стоят две полки: на одной лампа, будильник и два телефона, а на втором ассортимент куда интереснее: вибратор, дилдо, анальная пробка… и все секс игрушки, которые можно пожелать.

МИШЕЛЬ

Прокручиваю бокал красного вина, лежа на животе в постели и подняв ноги в пустоту.

Фиби сидит на полу, сложив ноги по-турецки.

– И как ты сейчас?

Я надеялась, что хотя бы она не будет это спрашивать. Делаю глоток вина, который освежает мои легкие.

– Хорошо. Нет, лучше, чем раньше.

Фиби тянется к краю кровати, чтобы лучше разглядеть меня.

– Малышка, даже если твой брат был ужасным, горевать – это нормально.

Я закатываю глаза и опустошаю бокал.

– Я вовсе не горюю, не скорблю или что там обычно делают! Не все люди заслуживают этого.

Горевать по брату, который никогда не заступался за меня? Тот, которому было выгодно, чтобы его сестру изнасиловали, лишь бы он был жив?! Который принес кучу проблем в мою жизнь? Который даже и письма решил не оставлять… хотя вряд ли бы он додумался. Патрик ни о чем не жалеет, Фиби! И скажи мне, почему я должна горевать и пускать слезу, которую он даже не заслужил! Я рада, что он мертв! Очень!

Закончив свою речь, я встаю и ставлю бокал на полку рядом с вибратором.

– Прости, малышка. Значит, ты свободна, и мы больше не поднимаем тему о твоем тупом братце, – улыбается итальянка, стоя перед моими коленями.

Я киваю и поднимаюсь, чтобы уйти. Уже поздно, а завтра нужно рано встать на репетицию.

– Я завтра приду, ты же знаешь.

Стою в дверном проеме и улыбаюсь подруге.

– Буду ждать. Спасибо.

– Адам тоже будет? – с этим вопросом подруга подходит ближе и уже знает мой ответ. – Ну переспали, ну употреблял.