Последний сон

– Мы не можем оставить всё так. Ему необходимо срочное обследование!

– Ты просто сходишь с ума. Я думала, что с возрастом ты оставишь эту склонность преувеличивать всё, но стало только хуже.

– Ты тоже не изменилась, – говорю я. – Но я от тебя ничего и не ожидала.

– Послушай, Дел, – начинает Дженис.

– Это ты послушай, – говорю я, превозмогая головную боль. – Хватит говорить мне, что я ненормальная, хватит называть меня чокнутой фантазёркой! – я прерываюсь, чтобы сделать пару глубоких вдохов и выдохов.

– Хорошо, – она вскидывает руки в успокаивающем жесте, который я просто ненавижу. – Давай мы вместе сядем на кресло и будем наблюдать за ним.

Я киваю и сажусь на одно из кресел. Она хотя бы согласилась понаблюдать – это уже прогресс.

– Тебе не стоит так переживать за нас, Делайла, – продолжает Дженис. – Мы оба взрослые люди, и сами разберёмся со своими проблемами. Всё это – только в твоей голове. Тебе нужно научиться отличать реальность от этого параноидного бреда.

Не проходит и пяти минут, как Дженис начинает его звать. Приам по-прежнему не откликается.

– Слушай, братец, давай не будем доводить нашу младшую сестрёнку до нервного срыва и поговорим? Ответь же наконец!

Тишина.

– Придурок, – бормочет она.

Проходит час, и Приам засыпает на диване. Дженис ёрзает в кресле и громко вздыхает. Она притащила тарелку с мясным рагу, потом приготовила нам кофе и каждую минуту шелестела обертками от конфет.

– Иди уже. – говорю я, – Дальше одна посижу.

– Тебе лучше тоже пойти отдохнуть, – сестра собирает с кресла фантики от конфет. – Сидеть здесь и пялиться на него просто бесполезно.

Стараюсь держать глаза открытыми, но усталость берёт верх, и я проваливаюсь в сон. При пробуждении первое, что чувствую – это боль в теле после нескольких часов в неудобной позе. Я выпрямляюсь и осматриваюсь. Диван пуст. Приам куда-то ушёл. Я подскакиваю и окликаю его. Слышу какой-то шум во дворе и выбегаю на крыльцо.

Приам, орудуя гаечным ключом, что-то вкручивает под машиной. Услышав шаги, он выкатывается и расплывается в приветственной улыбке.

– Эй, доброе утро. – он поднимается на ноги и оттряхивает рабочие брюки. – Я видел, ты уснула на кресле. Это же чертовски неудобно.

– Теперь ты решил со мной поговорить? – спрашиваю я, скрещивая руки на груди.

– Ну да, – недоумение на его лице почему-то вызывает у меня гнев.