Последний сон

Она с таким благоговением смотрит на него, что я боюсь невольно двинуться и стать объектом её недовольства.

Когда она отходит, чтобы взять что-то ещё, я снова поворачиваюсь к зеркалу. Теперь понимаю, почему мама смотрела с таким восхищением – эти перья и впрямь смотрятся потрясающе. Солнечные лучи, которые касаются украшения, красующегося на моей голове, высвобождают другие цвета, что скрывались в тенях сырого помещения. Окрашенные разноцветными блестками, перья сверкают на солнце, переливаясь розовым, золотистым и красным цветами.

Они выглядят такими нежными, что мне хочется к ним прикоснуться.

– Не трогай! Это перья цапли. Очень дорогое украшение.

Рука замирает на полпути, я опускаю её и поворачиваюсь к маме, что стоит за моей спиной. Что-то мне подсказывает, что она собирается выставить эти платья на продажу, а вчерашний выход в зелёном платье был своего рода прощальной церемонией. Из-за проблем с деньгами скоро в нашем доме не останется ничего ценного.

– Как же прекрасно это платье, – протягивает мама, окинув меня взглядом.

 – И как же отвратительно оно смотрится на тебе, Делайла. Если бы ты только знала, насколько отвратительно оно на тебе смотрится.

Я смотрю на неё в упор и не испытываю ничего, кроме желания поскорее отсюда убраться. Мама берет из шкатулки со стола иголки и принимается работать над платьем.

– В годы моей молодости оно идеально на мне сидело, но сейчас его надо немного подправить, – она щупает и тянет ткань.

 – Освободить здесь и здесь, а тут немного забрать, убрать этот шов…

Мои параметры почти полностью совпадают с параметрами мамы, у нас даже рост одинаковый. Поэтому, когда дело доходит до правки её вещей, она использует меня как живой манекен.

– Не двигайся! – мама грубо толкает меня в плечо. – Хватит крутиться как вертушка. Стой спокойно!

Я стискиваю зубы и поглядываю в сторону приоткрытой двери, мечтая убежать отсюда как можно дальше.

– Пойдешь в магазин за нитками, – говорит она, рассматривая свои штрихи.

 – Коричневые почти закончились. А ещё купи синие и черные. Каждые по шесть мотков.

У мамы целый шкаф с нитками, но она отправляет нас за новыми, если видит, что запасы какого-то цвета истощаются. Она не ждёт, когда наткнётся на последний клубок, а предпринимает меры сейчас, в настоящем времени, чтобы избежать неудобств в будущем.

Она даёт мне три доллара и шестьдесят центов. Точно под расчёт.