Правило лома

Вова набычился и прошипел:

– Вы куда меня притащили?..

– Вова, помни, мы должны кардинально поменять твой имидж!

С похоронным видом он поплёлся за продавцом к вешалкам.

Наконец общими усилиями ему подобрали более-менее подходящий для бодигарда костюм.

Мальчик проводил Вову в примерочную. Через несколько минут из-за занавески высунулась багровая Вовина физиономия.

– Александр Владимирович, он ко мне прижимается!..

– Ладно, потерпи, не переломишься…

Мы ещё прикупили Вове обувь, упаковку носков, а вот от трусов он скромно отказался:

– Не, обычные никогда не ношу!.

– А какие?..

Окрылённый возможностью показать свои таланты, Вова со знанием дела перелопатил товар и выбрал скромненькие чёрные стринги от Кельвина Кляйна. Я сразу заметил, что его внимание привлекают только те шмотки, где на ценнике никак не меньше трёх значащих цифр.

Переодевшись прямо в магазине, Вова превратился в настоящего бодигарда: здорового и молчаливого. Глаза вот только испуганные, но их скрывали непременные для таких ребят тёмные очки.

– Вроде всё. Теперь тебя ни один киллер не узнает!..

Кстати оказалось и старое удостоверение какого-то охранного агентства, в котором для вида числился один из моих бывших, работая обычным рэкетиром. Он уже лет пять как в Штатах, живёт с негром-полицейским. Звонил недавно, сказал, гад, что счастлив…

Закончив смену Вовиного имиджа, мы наконец двинулись в телецентр – мне предстояло записать передачу.

Вова, надо отдать ему должное, быстро вошёл в роль, оттесняя от меня всех, включая ехидного охранника, который требовал пропуск даже у народных артистов.

– Порядок есть порядок. Забыли пропуск – придётся вернуться!..

Никакие уговоры не действовали, запись передачи срывалась, пока, наконец, высокое телевизионное начальство самолично не договорилось с начальником службы охраны. Вова же легонько оттёр противного типа плечом, на ходу бросив:

– Секьюрити!.

Конечно же, весть о том, что я завёл персонального охранника, вмиг облетела телецентр. А когда разнеслась ещё одна – какого охранника – тут, что называется, зритель пошёл. Вова купался в лучах славы. Даже сладкоголосый Стасик, убежав из студии, вошёл игривой походкой в мою гримёрку. Как зачарованный, он обошёл Вову вокруг, словно тот был экспонатом в музее мадам Тюссо.

– И где же таких сладких охранников находят?..

– По объявлению в газете, – съязвил я.