Черви

Он смотрел на плакат, который висел в коридоре. Конец.

– Выход есть всегда, – произнёс неуверенно.

– Это говорят люди, которые хотят верить в это! Люди, которые вселяют в себя пустые надежды на хорошее!

Она рыдала, не сдерживая слёз. Она рыдала, вжимаясь в сильное тело мужа, она вспомнила, как они раньше занимались любовью, чувствуя его напряжение мышц, как он входил в неё всё сильнее и сильнее. Вспоминала, как прижилась к нему, когда просыпалась ночью от кошмара, как он бросал свои нелепые шутки, а она смеялась над ними.

Ей всегда нравились его шутки, может, поэтому она и влюбилась в него, как многие не понимали этого парня, который пытался быть просто человеком с глупыми шутками. Но теперь Нине казалось все это далёким прошлым, и теперь это нельзя никак вернуть. От этого ей хотелось ещё сильнее плакать, понимая, какой она стала жалкой.

– Всё будет хорошо, все будет хорошо, – сказал Андрей, отвёл её в спальню. Нина ничего не сказала, она просто смотрела на мужа. – Лучше поспи, и станет лучше, – но про себя думал Андрей, что полная чепуха, они оба это понимали, но другого выхода у обоих просто не было, кроме как смотреть и ждать, но Андрей надеялся на лучшее.

– Ты помнишь, какими мы были семь лет назад, когда поженились?

– Да, – тихо произнёс он .

Нина слегка улыбнулась ему измученной улыбкой. Ему самому захотелось плакать, но он сдержал слёзы.

– Было хорошее время для нас с тобой. Жаль только то, что оно быстро прошло, ушло из наших рук, и теперь мы здесь вот таким образом, это печально, Андрей.

Нина уставилась в окно. Там была жизнь, а здесь, в этой комнате, лишь её призрак, который должен скоро исчезнуть.

2

Из тяжелого сна вырвал дверной звонок. Андрей неохотно открыл глаза, смотря в потолок, не желая вставать. Часы показывали только шесть часов утра. И ему было интересно, кому надо было приходить в такую рань, снова.

– Пошли на хрен! – закричал он на всю квартиру, но не надеялся, что кто бы там ни был услышал его. – Сволочи!

Снова провалиться в пустоту, чтобы уйти от реального мира хоть ненадолго.

Но дверной звонок снова сработал. Эта мелодия стала его раздражать, больше всего Андрею хотелось встать с кровати и дать этому человеку пару хороших ударов.

– Оставьте меня в покое! – уже самому себе сказал, пытаясь не заплакать. Где та спокойная жизнь? Ушла, подумал Андрей, сбрасывая с себя одеяло и идя в одних трусах к двери. Желание прибить человека все росло. Андрей не был таким до смерти жены.