Илиади (Джуга 2)

– Очень хорошо. Сегодня мы начинаем тренировки, да, дедушка?

Илья взглянул на старика. – А через два-три дня сделаем еще один укол.

– Как скажешь, Илья, – подтвердил Борис.

– Как себя чувствует госпожа Донари?

– Хорошо, спасибо, Илья. Донари ни на минуту не сомневалась, что ты приедешь. Она появится к обеду.

И действительно, появление Ильи создало совсем другую атмосферу, у всех появилась надежда, что он вновь продлит жизнь старику, хотя никто не знал, как долго тот протянет.

Илью удивило появление еще одного старика рядом с ними, которого он ранее не видел в этом здании, тем более в спальне старика.

«Он действительно ему очень близок, и к тому же русского происхождения, что указывает на глубокие корни их взаимоотношений», – подумал Илья.

Он не ошибся в своих предположениях. Многие десятки лет связывали этих двух стариков.

Иосиф Левитан был на семь-восемь лет моложе Александра Джуги, и Илья не видел его ранее лишь по той простой причине, что в сентябре, узнав о том, что Джуге стало плохо и его перевели в клинику, очень перенервничал и через два дня слег сам.

У него одновременно поднялись давление и сахар, из-за чего одинокого Иосифа поместили в клинику в Лозанне. И лишь после того, как он узнал, что его друга перевели из клиники в бюро, стал выздоравливать, а потом и вовсе поправился и даже приступил к делам. Поэтому Иосиф и сказал Илье, что именно благодаря ему продлилась и его жизнь.

Они очень подружились. Иосиф оказался очень впечатляющей личностью, с интересной и трудной биографией, прекрасным знатоком древнейшей истории и ученым.

Беседы с ним были очень интересными, можно даже сказать, несравненными. К тому же он был превосходным собеседником и рассказчиком.

Илья часто сидел в компании двух стариков и разговаривал с ними. Практически все дни проходили в беседах, и Илья невольно стал свидетелем их дружбы. Говорил то один, то другой. Когда один отдыхал, другой заполнял свободное время. Один день, проведенный с ними, был равен нескольким прочитанным книгам, настолько интересными были их многочисленные рассказы.

Илья даже подумал, не попросить ли у них разрешения записать все это на диктофон, но передумал.

Приятно было смотреть на их добрые отношения – старики с большим уважением и почтением относились друг к другу, и надо было видеть, как они молодели, когда начинали спорить по какому-нибудь вопросу, не жалея друг для друга крылатых фраз. Несравненным был спор двух великих знатоков и мыслителей.