Трилогия Мёрдстоуна

Знаете, что сказал мне Уэйн Димбли из «Пегасуса» напоследок, после того как мы пожали друг другу руку над «Талисманом», скрепляя сделку? Он сказал: «Минерва, душа моя, а там, откуда вы это взяли, еще такого нету?» Практически умолял. «Может, и есть», – говорю я ему.

Она откинулась на спинку стула и пронзила своего клиента взглядом огнедышащего дракона.

– Минерва, я же сказал. Я не могу писать эту хоббитскую пошлятину. Просто… не могу.

– Разумеется, можете, – резко возразила Минерва. – Филип, вы профессионал.

Вам любая тема по плечу, если вы всерьез зададитесь целью.

Филип так стиснул руки, что костяшки пальцев у него побелели.

– Минерва, прошу вас. Послушайте. Я…

– Нет, миленький. Это вы послушайте меня еще одну минутку. Ваш общий доход за прошлый год – за все пять книг, окей? – составил двенадцать тысяч с мелочью. Моя доля от этого – жалкие тысяча восемьсот плюс НДС. И вам, может быть, по сердцу сидеть в своем барсучьем домишке, питаясь сушеными мышами и ягодами с придорожных кустов, но у меня запросы слегка побогаче.

Тысяча восемьсот – это мне ланчи на неделю, да и то едва-едва. Если, конечно, не сюда вот есть ходить. Окружающие уже начинают недоумевать, с какой стати я за вас держусь. И, миленький, говоря начистоту, в минуты ясности я и сама задумываюсь.

– Вы же не всерьез! – вскричал Филип в ужасе. – Не надо так говорить. Ну то есть, боже праведный, я сейчас и в самом деле в легком упадке, но…

– Это не называется – в легком упадке, Филип. Это называется – в полной яме.

В глубоком колодце. Можно сказать даже, на дне пропасти, в которой царит вечная ночь.

– Ну, по-моему…

– Филип, напишите мне фэнтези. Давайте сделаем кучу денег. А потом, если вам не понравится быть богатым, возвращайтесь к писанине про слабоумных мальчиков. Так по-честному, правда?

– Но, Минерва, Минерва, – взвыл он. – Я не знаю, как это делается!

Он схватил ее руку обеими руками.

– Да полно, Филип. Не квантовая физика, чай. Есть формула.

– В самом деле?

– Ну разумеется.

Я вам покажу. Хотите сперва бренди?

– О боже, да.

Минерва говорила быстро, по ходу выписывая на обороте вытащенного из сумки обрывка бумаги ключевые слова и фразы. Ручка у нее была гелевая, фиолетовая. А обрывок бумаги оказался последней трагической страницей рукописи Филипа Мёрдстоуна «Удаление».

– Значит, так. Мир – правильный термин тут «Королевство» – в Высоком Фэнтези условно-средневековый. Ну, по крайности, до промышленной революции.