Срывая маски. Берсеркер

В это время некоторые однокурсники шокировано разглядывали предметы перед собой и явно не знали, что с ними делать. Сумки на занятия взяли не все.

– Итак, быстро прогоним, кто из вас оказался на каком факультете. Аглер – зельеварение. Анс – травоведение…

Я обратилась в слух, боясь пропустить свою фамилию.

– Норт – боевой.

Мир рухнул, я изумленно посмотрела на куратора, но она называла уже следующего. В смысле я на боевом?! Этого быть не может! Я думала, что попаду на артефакторов или травоведение, но никак не на боевой факультет.

Закончив перечислять всех, госпожа куратор сделала важное сообщение:

– Сейчас я назначу вам пару. Вы будете обучаться одинаковое количество времени в Академии. Итак, Норт и Тиаль фон Гретт Аста, я назначаю вас напарниками на занятиях, потому что вы оба с боевого, и вы будете учиться два года.

Аста? Мне кажется, или я действительно уже слышала эту фамилию? Обернулась, ища глазами того счастливца, которого выделили мне в напарники и найдя, осталась недовольна. Длинноволосый. А случайно ли он обратился ко мне, стоя на лестнице? И праздное ли любопытство было в его вопросе?

– Вы будете достойными противниками. – улавливаю на задворках сознания и сдерживаю смешок.

Ну да. Очень достойные.

Колокол, говорящий о конце занятия, нам разрешают покинуть аудиторию, и мы начинаем собираться.

– Ваше первое испытание началось. – ехидно произнесла куратор и растаяла в воздухе.

– Вот сучка! – эмоциональный возглас и не менее эмоциональный откат.

Парня скрутило на месте и цвет кожи начал меняться с естественного цвета на розовый в крапинку (подозреваю, что это волдыри). Руки несчастного стали метаться по телу, пытаясь дотянуться до всех зудящихся точек. Ребята отошли от парня подальше. Изгой номер один.

Я всё же вздохнула и покачала головой. В нашем ВУЗе были хорошие преподаватели и изгоев никогда не было. На потоке все сорок три человека жили нормально. Да, были те, у кого долгов ложкой черпать можно, но общение всегда было на уровне приятельского и ниже не опускалось. Но в то время мне уже не вернуться.

В один момент по всей аудитории залетали ручки и тетради. Те, кто рискнул сесть, стали слетать со скамеек и стульев, получая нехилые такие ушибы и ссадины.