Рыцарь леди Элеоноры

Бальвуар обратился к королю с просьбой о помощи. – Голос его стал низким, а тон странным – совсем не похоже на то, как он разговаривал ранее.

– Я скоро непременно их найду, тогда они будут молить Бога о прощении, особенно Ле Ренар!

Элеонора слишком поспешно сделала большой глоток вина, закашлялась и отставила кубок.

– Прошу простить меня, миледи. Не будем говорить сегодня о грустном. Давайте веселиться и праздновать нашу свадьбу.

Элеонора чувствовала, как напряжен Хью. Ей надо быть очень осторожной, в ее положении одно неверное слово или опрометчивое действие может стоить ей жизни.

Трубадур закончил песнь, поклонился под аплодисменты, и музыканты заиграли новую мелодию.

Новоиспеченный лорд Хью поднялся и с поклоном протянул руку. Элеонора медленно встала и приняла ее, сделав реверанс. Кончики их пальцев соприкоснулись.

Спустившись с помоста, они начали двигаться в свадебном танце, а гости хлопали им и стучали кубками по столам.

– Вы кажетесь погруженным в свои мысли, – произнесла она, прекрасно понимая, что его заботит.

– Не буду отрицать, это так.

Элеонора закусила губу и оглядела мужа. Ее злило, что муж красив и, похоже, добросердечен. Темные пряди волнами опускались на плечи, бордовая рубашка с вышивкой серебряной нитью и широким ремнем подчеркивала широкие плечи. Даже шрам, пересекавший левую бровь, придавал ему шарма. Элеонора ощутила, что начинает нервничать больше положенного в приближении брачной ночи, и постаралась успокоить свои чувства.

– Не могу не отметить, что для крупного мужчины вы удивительно грациозны и легки в движениях.

– Вы будете еще больше удивлены, когда я скажу, что кажусь людям человеком суровым, солдатом до мозга костей, хотя на самом деле люблю музыку, танцы, веселье.

– Я удивлена. Но и вы будете удивлены не меньше, узнав, что я все это не люблю.

– Выходит, вы поэтому нечасто появлялись при дворе? – Он сделал такое комичное лицо, что Элеонора рассмеялась. Но тут же напомнила себе, что Хью де Вильерс – человек, преданный королю.

Она вспомнила первую встречу с сэром Ричардом Милле, когда была сражена его галантностью и обворожительной улыбкой. Он казался ей прекрасным рыцарем, посланным самой судьбой поддержать ее после кончины отца. Все оказалось ложью, огромной ложью. Она была наивна сверх меры.

Ричард не был доблестным рыцарем, скорее дьяволом во плоти.