Скажи, что тебе жаль

Он подсоединил фотоаппарат к ноутбуку и загрузил на него сделанные сегодня фотографии.

– Тебе все-таки надо купить рабочий стол. – Шеф Ланса стоял в дверном проеме. На нем были потертые джинсы и простая серая футболка – в этом наряде Шарп выглядел жилистым мужчиной, удивительно соответствующим своему возрасту. Двадцать пять лет службы в полиции наложили свой отпечаток – всем своим видом он как бы недвусмысленно намекал: «Ребята, со мной шутки плохи!»

– Пока и этот сгодится. – Лансу все еще не хотелось считать «Расследования Шарпа» постоянным местом работы.

Шарп проигнорировал его реплику:

– Есть разговор.

– Да, мамочка. – Ланс проследовал за шефом на маленькую кухню.

Шарп набрал в чайник воды и поставил его на плиту. Затем взял две собачьи миски, наложил в одну сухого корма, в другую налил воды, открыл заднюю дверь и выставил миски на крыльцо.

– Все кормите эту дворнягу?

– Бедняжка не заходит в дом. – Шарп зачерпнул ложкой заварку, кинул ее в ситечко и вставил его в керамический чайник.

– Бедняжка?! – передразнил Ланс.

Шарп претендовал на имидж крутого парня, и эта фразочка была явно неудачной.

– Да вы, я смотрю, любитель милых песиков! – Ланс двинулся в кабинет Шарпа. У видавшего виды письменного стола стояли два стула, а дальняя стена находилась под прикрытием черного дивана.

Следом в кабинет вошел Шарп, неся чайник и пару кружек:

– У тебя была тяжелая ночь, поэтому я проигнорирую твою умную реплику.

Ланс расположился на стуле с прямой спинкой:

– Знаете, большинство мужчин предложили бы другу стакан виски после такой передряги.

Шарп разлил по кружкам зеленый чай и поставил одну из них перед Лансом:

– Алкоголь вызывает депрессию, а это совсем не то, что тебе сейчас нужно.

Э-хе-хе…

– Ну, смотрю, ты жив, так что самое время рассказать, как было дело.

– Да ничего особенного, обычный вечер пятницы, – сообщил Ланс.

Шарп расхохотался так, что некоторое время не мог восстановить дыхание.

– Ничего смешного! – заявил Ланс.

– Да, ты прав, – согласился его шеф, но голос его еще подрагивал.

– Это была худшая работа. Даже не знаю, что меня больше напрягло: пальба или вся эта мелодрама. – Ланс сделал несколько глубоких вдохов. – И как нам теперь быть с этим делом?

– Да никак.