Рыбы

Ох уж эти мальчики! Лакомый кусочек, но заинтересуется ли он мной? Для начала я солгала, сказала, что у меня есть бойфренд, но отношения у нас открытые. Зачем я это сделала, сказать трудно. Может быть, чтобы он знал, что спрос на меня есть, что я не мечусь в отчаянии, а скорее озабочена своим нынешним положением. Или, может быть, хотела указать, что если он попытается убить меня, то мое исчезновение не останется незамеченным. Гаррет ответил. Мое предложение ему показалось забавным, потому что он со своей подружкой тоже состоял в открытых отношениях.

потискаться на улице, да? – написал Гаррет.

да, – ответила я.

а как насчет чего-нибудь еще? в другом месте? хочешь потрахаться?

Я занервничала.

И переключилась на Адама, двадцатисемилетнего парня, смахивающего на обезьяну, но обезьяну сексуальную, с прической мэн-бан. Он с ходу объявил, что я – огонь, и мне это понравилось. Насчет потискаться на улице – он с удовольствием, причем на любой улице.

Гаррету я написала – нет, спасибо, и он, похоже, расстроился. Спросил, точно ли я не хочу потрахаться. Осведомился насчет причины отклонения его кандидатуры. Я ответила, что познакомилась кое с кем, кто, кажется, мне больше подходит. Он сказал, что понял, но попросил дать знать, если я передумаю.

С Адамом мы договорились встретиться через два дня. Часы показывали 1:57, и я с ужасом поняла, что весь вечер шарила по профилям и проверяла сообщения и совсем забыла про Доминика, который оставался без прогулки целых восемь часов. Я почесала ему живот, извинилась, и мы отправились к каналам. Мысли вертелись вокруг Адама, и я не только представляла, как хочу его, но и как он хочет меня. Как вожделеет. Я так и уснула, мастурбируя и отдаваясь человеку, существовавшему, в общем-то, только в моем воображении.

Утро моя правая рука встретила в трусиках. Жесткий взъерошенный кустик напоминал на ощупь губку из стальной шерсти. Иногда я пользовалась кондиционером, но в последнее время не баловала его вниманием. Интересно, к чему привык Адам? Да и есть ли у его сверстниц лобковые волосы? Я потрогала волосы на голове. Какое-то малоприятное облако. При мысли о проступающей седине меня едва не вырвало.