Девушка, змей, шип

– Ты тот деревенский житель, которого мы привезли с собой, не так ли? – обратился к нему Рамин, поднимая подбородок, скрещивая руки на груди и одобрительно кивая Азэду. – Ты хорошо проявил себя в тот день. Между нами, солдатами: советую держаться подальше от этой девчонки.

Не спеша и грациозно Азэд слегка свесил голову набок.

– Не думаю, что мне нужен ваш совет.

– Рамин, в этом нет необходимости, – перебила его Сорэйя, пытаясь говорить спокойно.

Рамин посмотрел на нее, презрительно скривив губы.

– Мне не интересно твое мнение, Сорэйя.

Ты не участвуешь в этом разговоре.

Внезапно раздался звук удара. Змея все же совершила бросок. Сорэйя даже не поняла, что именно сделал Азэд, но Рамин упал на землю и принялся тереть челюсть.

Впервые с того момента, как Рамин подошел к ним, Азэд посмотрел на Сорэйю.

– Прошу прощения, – сказал он, однако в глазах у него по-прежнему читался гнев, а рука все еще была сжата в кулак.

Сорэйя почувствовала, как настрой Азэда распространяется на нее.

Теперь их обоих едва ли не трясло от этой энергии. Тут до нее дошло, что она тоже сжала руку в кулак, будто это она ударила Рамина. Будто Азэд стал продолжением ее самой. Он был дланью ее гнева, разящей, когда она не могла себе этого позволить. Он был несдерживаемой силой ее гнева.

Сорэйя посмотрела в глаза Азэду и покачала головой.

– Тебе не за что извиняться, – сказала она на удивление твердым голосом.

Рамин рывком поднялся на ноги. На лице у него наливался лиловый синяк.

– Зря ты это сделал, – сказал он Азэду.

Рамин бросился было на него, но Сорэйя вклинилась между ними, и Рамин остановился прямо перед ней.

Теперь змеей была уже Сорэйя, с ядом куда более смертельным, чем у Азэда. Ей не терпелось совершить бросок. Она сделала шаг навстречу Рамину и с удовольствием отметила, что он отступил, а в глазах его мелькнул страх.

Однако страх тут же превратился в торжество. Сорэйя понимала, что произойдет дальше, но ничего не могла с этим поделать.

– Не сочти меня трусом, – обратился он к Азэду, стоявшему за Сорэей.

 – Я бы сразился с тобой здесь и сейчас, но у тебя козырь в рукаве: эта девчонка ядовита, проклята дивом. Дотронься до нее, и ты не жилец.

Сорэйя побелела от сказанного. Ей казалось, будто тело ее сделано из обжигающе холодного льда. Она обрадовалась, что стоит спиной к Азэду: если у нее и проступили вены, он их не увидит. Она почувствовала знакомый порыв. Тот же, что и ночью, когда хотела навредить Рамину.