Девушка, змей, шип

Но дети, вообразившие себя взрослыми, бывало, что и забредали туда при свете дня, но только лишь чтобы похвалиться по возвращении.

Однажды девчушке захотелось показать, насколько она храбра, и направилась она в край лесов. Девчушка намеревалась идти по нему лишь до тех пор, пока не сорвет одну-единственную молодую кедровую веточку, которую бы она принесла с собой в качестве доказательства. Однако вместо веточки она нашла угодившую в сеть молодую незнакомку. Та сидела на земле и плакала, моля о помощи. Она объяснила нашей девчушке, что то была дивова ловушка и что стоит диву вернуться, как он тут же сделает ее своей пленницей.

И стало девчушке жаль ту горемычную. Найдя острый камень, она перерезала веревки. Освобожденная незнакомка поблагодарила ее и бросилась прочь. Девчушке бы последовать ее примеру, но она замешкалась, и вот уже ей на плечо опускается тяжелая рука.

Неспособная ни бежать, ни даже позвать на помощь, скованная страхом, девчушка подняла глаза на нависшего над ней дива.

Диву хватило одного взгляда на пустую сеть, обрезки и камень в руке девчушки, чтобы все понять.

– Ты обокрала меня, – тихо прорычал он. – Вот и я украду что-то у тебя взамен.

Девчушка думала, что он заберет у нее жизнь, но вместо этого он проклял ее первенца женского пола, предрекая ей судьбу ядовитой. Она будет убивать любого, кто коснется ее».

На этом месте дочь обычно перебивает мать и спрашивает, почему проклятие пало именно на первенца-девочку. Ей нет нужды упоминать о зависти и обиде на брата-близнеца: ее эмоции и так написаны у нее на лице.

Тогда мать отвечает, что дивовы пути загадочны, несправедливы и неведомы никому, кроме них самих.

«С этими словами див отпустил девчушку, и та припустила прямиком домой, то ли не желая, то ли не находя сил рассказать кому-либо о произошедшем. Ей хотелось забыть о проклятии дива, притвориться, будто ничего не было.

Годы шли, девчушка взрослела, и вот однажды шах Аташара выбрал ее себе в царицы. Она не рассказала ему о дивовом проклятии. Она и сама уже едва о нем помнила.

И лишь тогда, когда ее близняшки – мальчик и девочка – родились, она вспомнила тот день в лесу.