Времена грёз

– Позвольте, в вашем мире нет магии?

– В каком это, моем мире? – я инстинктивно повернулась к наглухо зашторенному окну. Даже не поймешь, день сейчас или уже вечер, и уж тем более не понять, где я оказалась.

Дитя, ты не у себя дома. Это иное место.

Вздрогнув, обняла себя за плечи, дрожа, как от озноба. Все происходящее стало слишком отчетливо напоминать дурной сон, и от накатывающего ужаса ситуации хотелось взвыть, кричать во всю глотку или бежать куда глаза глядят. Почему этот человек несет бред? Я попала в какую-то секту? Нужно найти телефон и дозвониться до Макса.

Мне нужно попасть обратно домой к жениху. Он обязательно спасет меня.

– Полагаю, вы из иного мира.

– Так не бывает…

– К сожалению, бывает. Теперь ты гостья в этом доме, как минимум, пока не поправишься.

– Мне нужно это обдумать.

– Конечно. Горничная принесет ужин. Если что-то понадобится – обращайся к ней.

Некромант встал и, поставив стул на место, спокойно вышел из комнаты, оставив меня наедине с собственными мыслями.

Он выглядел отрешенно и даже чересчур спокойно, будто в действительности ему было плевать на то, что происходит со мной.

От нового потока воспоминаний я вздрогнула, как от удара током. Все казалось фантастическим, нереальным, будто я проснулась после глубочайшего наркоза. Мне помнился бескрайний черный океан, в котором я утопала, словно в густой зловонной слизи, чей-то голос там, обещающий помощь, потом боль от царапин на горле и вспышкой внезапная боль от удара клинком прямо в сердце, пока я лежала на холодных камнях в некоем склепе.

Прислушиваясь к телу, я отмечала ощущениями прошедший путь, но одно чувство, тянущее и особенно мучительное, выбилось из общей картины.

Скатившись на пол с постели, я на подгибающихся ногах подошла к огромному ростовому зеркалу на кованых ножках в дальнем углу комнаты.

– Госпожа, вам нельзя вставать! – испуганный девичий голос раздался за спиной, но едва ли он мог меня остановить.

– Какой ужас…

– Госпожа, вы были сильно ранены.

– Мое лицо…

Горничная села рядом и постаралась развернуть меня за плечи к себе, но то, что я видела, было слишком пугающим, настолько, что сложно было оторвать взгляд.

Неровные кривые шрамы исполосовали шею, проходя от правого уха к левой груди, словно мне разрезали кожу ржавым ножом, занесли инфекцию и долго не обрабатывали раны. Часть порезов прошла по губам, затянувшись, отметины искривили их.