Времена грёз

Каин не успел и рта открыть, как я выдернула свои руки из захвата и быстро скрылась за дверью своей спальни, отгораживая себя от недоброжелателей.

Хватит с меня на сегодня потрясений.

Я собрала книги с пола и, поставив их на письменный стол, забралась в кровать, устраиваясь удобнее. Прикроватная лампа потухла от легкого прикосновения к светящемуся камню в сердцевине.

Утро вечера мудренее?

Воистину так.

Тогда спокойной ночи, Ньярл.

Спокойной ночи, дитя.

УСЛЫШЬ ПРОШЛОЕ

В моих руках лежал младенец – бледен, худ, хотя на вид ему не больше месяца.

– Господин Ньярлатхотеп, это дитя передали нам со светлых земель, кажется, его подбросили нашим ищейкам.

Надо же, и как она смогла это провернуть? Неужели после такого у нее все же остались помощники?

– С этим младенцем есть еще один, еще более хилый, кажется, они брат и сестра.

Как оригинально. Подкидывать нежеланных, неудобных детей темным, как мусор и сорняки, что случайно проросли в прекрасном светлом саду.

Помощник, невысокий мужчина в темном балахоне, быстро принес еще одного ребенка, его двойняшка, спокойная и вялая, но тоже с темной искрой.

– Я вижу в них потенциал, они вырастут достаточно сильными магами, если выживут. Позаботьтесь о них и найдите нянь среди подданных. Нам нужно, чтобы они получили достойное образование.

– Слушаюсь.

Помощники забрали младенцев и скрылись в глубинах храма.

Я предупреждал тебя, говорил и не раз – нельзя доверять светлым, они никогда тебя не примут, и что теперь? Я чувствую эту силу в них, я знаю, откуда она, и боюсь, не смогу сдержать клятвы, данной тебе когда-то.

ОБУЧЕНИЕ

– Госпожа, доброе утро, я принесла вам завтрак.

Милана, не церемонясь, прошла в комнату и поставила на стол поднос. Утреннее солнце, едва пробивавшееся через шторы, осветило ее чуть подрагивающие пальцы и отстраненный взгляд.

– Спасибо.

Растерянно проследив за закрывшейся дверью, я осторожно потянулась и прислушалась к собственному телу. По ощущениям все было очень даже неплохо, горло еще немного ныло, я чувствовала себя слабой и сонливой, но это было намного лучше, чем открывшиеся раны и эта черная муть, повергшая меня в ужас.