Путешествие Иранон

Маленькая невзрачная птаха, что даже пела как-то неправильно, не вызывала у меня особых надежд. Марк, стараясь поддержать меня, нанес на мое тело узоры и вплел в орнамент охранные руны. Никто из них не мог ответить, что же ждет меня в пещере в черных горах, обрамляющих часть городских стен, и теперь, побывав там, я сам не смог бы ответить. Возможно, я мог бы назвать это истиной. Мне не пришлось сражаться, но я был изнурен. Мне не требовалась магия, но ее запас в моем теле был вычерпан почти до дна. Я был слеп и глух, не мог произнести ни слова, но чужой голос в моей голове говорил со мной и показывал, насколько мало я знаю о нашем мире и как глубоко сюда проник другой.

Когда я вышел оттуда, мне казалось, что я перестал быть целым. Будто чья-то воля отъела кусок моей души. Сорокопут, сидевший на плече все это время, впился в мое тело когтями, будто пытался удержать, спасти от чего-то, что, по сути, было его частью.

Я не остановился на первой ступени и даже на третьей. С упорством сумасшедшего я каждый год входил в эту пещеру, теряя часть себя и находя там больше, чем мог бы предположить.

Мои хозяева волновались, Марк злился и не желал меня отпускать, беспокоясь за мою жизнь, но Дария, лишь единожды взглянув в мои глаза, поняла куда больше и давала мне возможность уйти, чтобы обрести себя заново.

Я был жаден до знаний, но понимал, насколько они опасны, и не пытался прыгнуть выше головы. Я желал разбираться и быть готовым к тому, что полчища тварей могут вновь заполонить наши земли, а та тонкая грань, отделяющая нас от них, станет достаточно хрупкой, чтобы впустить иных богов.

Так я поднялся даже выше своих господ, но все равно заботился о них и помогал, как раньше. Дария, к сожалению, не прошла дальше шестой ступени, а Марк остановился и вовсе на пятой, забросив воинское дело и предавшись любви к искусству.

Тем не менее даже среди знати мне было неважно, о чем говорят другие маги, достигшие, как и я, седьмой ступени, ведь почти никто из них не получил того же опыта в пещере, что и я.

Каждый из них видел своё, у каждого была своя истина, и я не завидовал даже легким испытаниям, понимая, что получил лишь то, к чему стремился.

Благодаря моей помощи работа Дарии начала приносить первые ощутимые плоды.

Крепкий мужчина, совсем недавно сломленный мной, принял одного из демонов и выжил, сумев разделить свою жизнь с этой тьмой. Хозяйка, ликуя, впервые расцеловала меня, а я просто не мог не предложить ей зайти дальше.