Розуэлл. Город пришельцев: Изгой. Дикарь

 – Как эти ребята из правительства собирались прийти и забрать его?

Лиз кивнула, ее мысли были все еще сосредоточены на мире, где периодическая система элементов больше не действовала.

– Думаешь, это случится с Максом, если мы расскажем людям правду о нем? – продолжила Мария.

– Не знаю, – призналась Лиз. – Сомневаюсь, что все будут такие: «О, пришелец, интересно». В мире точно есть люди, которые захотят изучать его или ставить на нем эксперименты. Они могут взять Макса под стражу до конца его жизни или даже…

Лиз не могла это произнести.

– Или даже убить его, – закончила за нее Мария.

Перед глазами Лиз вспыхнула картина: Макс лежит на земле, неподвижный и холодный. Она почувствовала прилив эмоций, которые были сильнее необходимости получить факты. Она не должна допустить, чтобы это случилось, не может позволить Максу умереть.

– Мы не скажем никому правду! – воскликнула она.

– Никогда, – повторила Мария. – Стой, а как насчет Алекса? Ему тоже нельзя?

– Мария, нет! Мы не можем ни с кем таким делиться.

Лиз хотела бы рассказать все Алексу. Она ему полностью доверяла, они обе говорили ему практически все. Но секрет Макса напоминал смертельный вирус, который нужно сдерживать, иначе кто-то умрет. И не кто-то, а сам Макс.

Мария смахнула крошки со стола.

– Хм, как, на твой взгляд, он выглядит на самом деле?

– Что ты имеешь в виду?

– Каковы шансы, что на планете, откуда он родом, жители выглядят так же, как люди? Ты не думала, что внешний вид Макса может оказаться маскировкой?

Лиз не знала, что на это ответить.

Мария встала, померила шагами комнату, затем подошла к кухонному шкафу и поставила чайник на плиту.

– Интересно, употребляет ли он ту же еду, что и мы? Я видела фильм, где инопланетяне могли есть только разложившуюся плоть… Ну, знаешь, которую бактерии и жуки уже частично переварили для них.

Лиз наблюдала, как Мария разливает заваренный чай в круглые серебряные чашки, и не могла поверить, что подруга сейчас обсуждает Макса.

– Может, он, как муха, изрыгает какую-то кислоту на свою еду, а потом – хлюп! – всасывает ее. Как думаешь? Ты же гуру науки.

– Боже, Мария, – пробормотала Лиз.

Подруга не слушала ее, продолжая болтать.