Черный клан. Стальной лорд

 – Вот, проходил мимо, решил горло промочить, а тут ты! Какой сюрприз!

Я глянул на Орку. Выражение лица у рыжего было сложное. Похоже, он уже распознал в вошедшем дракона и сейчас лихорадочно пытался понять, как ему вести себя дальше.

Валенок – само дружелюбие – протянул Орке лапу через стол, пожал небрежно.

– Орка, из Желтого клана, – спохватившись, представил их я. – А это Валенок, мой… э-э-э… друг.

– Тот самый «желтый боевой»? – с добродушной иронией спросил Валенок, бесцеремонно рассматривая рыжего.

– Да ну! – отозвался Орка с настороженным интересом.

– Гадом буду! Прямо в новостях показывали. Эй, ты! – Валенок взглядом остановил бармена, который крался по стенке к выходу, и телепатически вернул за стойку. – Тащи меню!

– С виду – обычный журналюга, но натуру не скроешь! Я прямо зауважал его. Прикиньте, пацаны: его менты повалили на землю и пинают сапогами вчетвером, а он, как настоящий боец…

– Отбивается? – спросил я.

– Круче! Он их в это время фотографирует!

Я захохотал, Орка тоже хмыкнул. Он уже справился с волнением. Неприкрытый стеб Валенка даже как будто успокоил его.

– Ничего такой тесак, – заметил Орка, покосившись на оружие на поясе Валенка. – Менты не останавливают? Или лицензия?

– Валенок по жизни торговец оружием, – заметил я.

– Да какое там оружие! – махнул рукой тот. – Так, железки декоративные…

Тем не менее вытащил тесак, положил на стол. Бармен, который как раз притащил нам меню и пинту для Валенка, чуть не поседел.

Орка же к тесаку не прикоснулся.

– Я в железе не разбираюсь. Для меня это не оружие. Огнестрел еще туда-сюда…

– Да ладно тебе, – ответил Валенок. – Всё – оружие. В сущности, – он взял из корзинки с приборами вилку, – это тоже оружие.

– Точно, – высокомерно кивнул Орка. – Папа говорит: убить можно хоть карандашом!

– Или заточенной пластиковой картой, – добавил я.

Читал про такое где-то.

– Зачем заточенной? – удивился Валенок.

Орка фыркнул и промолчал. Вообще, я заметил – с того момента, как пришел Валенок, Орка стал резко молчаливее. То ли боялся сморозить лишнее при Валенке. То ли опасался его самого. Что, впрочем, и неудивительно.