Прими мою печаль

– Конечно, – соврал Мэтт. Он, наверное, никогда не привыкнет к виду человеческого тела, распластанного на столе, как выпотрошенная рыба. Трупы, найденные на месте преступления, почему-то казались ему куда как менее пугающими. Может, дело было в том, что там еще сохранялись какие-то следы человеческих эмоций: страсти, ярости, страха – всех тех причин, которые привели человека к смерти. Труп оставался человеком, у которого была какая-то своя жизнь – была, пока кто-то ее не обрывал. Мэтту, конечно, могло быть грустно – или он мог злиться, или испытывать разочарование, но он все же он чувствовал с мертвым человеком какую-то связь.

Он в последний раз вдохнул в легкие чистый весенний воздух, словно пытался надышаться про запас, и зашагал к моргу. Как обычно, он открыл дверь перед Бри и пропустил ее внутрь. Когда она проходила мимо, уголок ее губ приподнялся – как и всегда, когда Мэтт делал что-нибудь старомодное, галантное, то, что мать вдолбила ему в голову чуть ли не с самого рождения.

На лице Бри каждый раз мелькало удивление, смешанное с удовольствием. А может быть, это было удивление от того, что ей приятно, кто знает.

Они отметились в регистратуре, затем забрали из комнаты с инвентарем защитную одежду и перчатки. Мэтт натянул голубой защитный костюм поверх одежды: когда в ход идет пила для костей, тебя легко может забрызгать разнообразными телесными жидкостями, мелкими ошметками плоти и фрагментами костей.

На стене было маленькое окошко, выходившее в комнату для проведения вскрытия. Мэтт заглянул внутрь: доктор Джонс склонилась над стальным столом, на котором лежало обнаженное женское тело.

– Она начала пораньше, – заметил он, наклоняясь, чтобы закрепить резинку на защитных ботинках.

– Черт, – Бри опустила пластиковый щиток для лица и выскочила из комнаты.

Запах как всегда оглушил его, заставив желудок судорожно сжаться. Мэтту пришлось сделать пару медленных вдохов, прежде чем ему удалось совладать с тошнотой и рискнуть приблизиться к Бри, занявшей позицию рядом со столом. Дыхание туманило поверхность щитка, вызывая неожиданный приступ клаустрофобии.

Тело женщины было исцарапано и избито.