Против нее

– Который час? – пробормотал Мэтт. Бри проверила время на телефоне.

– Пять утра. Ты спи, я пойду. Люк скоро встанет.

Её племянник по утрам перед школой кормил лошадей, а уроки в старших классах начинались в несусветную рань. Совсем не выспавшись, Бри достала из сумки спортивный костюм, натянула, поцеловала Мэтта на прощание, прежде чем уйти. Пространство, которое она освободила, сразу же занял Броди.

В темноте она поехала домой, миновала заброшенную ферму соседа. Она пустовала всего несколько месяцев, но на крышу крыльца упало дерево, и она обвалилась.

В пять пятнадцать она была уже дома. Вышла из машины, постояла, вдыхая деревенский воздух. За домом простирались амбар и луг, и Бри наслаждалась огромным пространством вокруг себя. Девять месяцев назад она жила в Филадельфии. Теперь она не могла представить себе возвращение в город.

Столько всего изменилось за короткий промежуток времени.

Как бы она ни была измучена, Бри пошла к амбару. Три лошади моргнули ей. Она остановилась, чтобы погладить по носу крепкую маленькую лошадку племянницы и гнедого мерина племянника, прежде чем проскользнуть в стойло Ковбоя. Это был конь сестры, которого та спасла от скупщика на аукционе. Бри подошла ближе. Запахи сена и лошади успокаивали её. Ковбой прижался головой к её шее, зубами потянул за карман.

– Моркови нет, уж прости, – она выпрямилась и почесала под его гривой, а он одобрительно покачал головой.

Вздохнув, Бри в последний раз погладила его, вышла из стойла и заперла сарай, пересекла задний двор и вошла в дом, тихонько прикрыв дверь и включив сигнализацию. Вспыхнул свет над плитой, и Бри увидела на кухонной стойке записку: Ужин в холодильнике. Дана.

Бывшая напарница и лучшая подруга Бри, Дана Романо, уже вышла на пенсию и перебралась в Грейз-Холлоу, чтобы помогать Бри воспитывать племянников. Правда, Люку было уже шестнадцать, и через пару лет он должен был покинуть дом, а вот Кайла ещё училась в начальной школе.

Цокая по полу когтями, на кухню метнулась Милашка, энергичностью и координацией явно уступавшая Грете. Она плюхнулась Бри прямо на ноги всем своим весом в двадцать семь кило, и Бри прижалась к стене, чтобы не упасть, крепко обняла собаку, мягкую, обожавшую слюнявые поцелуи и считавшую своими лучшими друзьями всех – вообще всех. Грета всё-таки немного пугала, а вот Милашка была совсем не страшной.