Против нее

– Кто мог такое сотворить? – его голос был слабым и грустным, но он больше не выглядел так, будто его вот-вот вырвет.

– Не знаю. Это точно была миз Браун?

Он сухо кивнул.

– А мужчину вы не знаете? – Бри старалась вдохнуть запах травы и земли, но вонь гниющей плоти забивала ей ноздри, обволакивала горло, мешала пробиться другим запахам.

– Лица я не видел, но, похоже, этот парень – её сын, – Гомер говорил о нём в настоящем времени, и сердце Бри пронзила острая боль. – Она говорила, он собирался к ней переехать, только я не знал, когда.

В горле Бри пересохло, она кивнула. В её душе боролись печаль и гнев, когда она представляла себе стол на кухне: столовое серебро, матерчатые салфетки, домашний пирог. Всё это говорило о заботе и любви. Кто кому готовил ужин – миз Браун сыну или он ей? Это не имело значения.

Прежде чем они смогли насладиться пирогом, кто-то убил их обоих.

Бри обратилась к Гомеру вежливо, но твёрдо.

– Я попрошу вас оставаться здесь, но ничего не трогать.

– Да, хорошо, – Гомер кивнул.

– Кроме того, я попрошу вас никому пока не звонить. Не хочу, чтобы новости разошлись до того, как о смерти будет уведомлён кто-то из членов семьи. Такие новости и без того пережить трудно, не говоря уже о том, чтобы услышать по телевизору.

– Понимаю, – Гомер поднял на Бри водянисто-голубые глаза. – Но у неё и не было никого, кроме сына. Вот разве что ещё брат в Скарлет-Фоллс и несколько племянников, но они с ней не общались, хоть и были рядом.

– Мне нужно сделать несколько звонков.

Гомер кивнул в сторону амбара.

– Камилла явно ушла не сегодня.

Бри понимала, почему он употребил именно это слово, но оно действовало ей на нервы. «Ушла» звучало слишком мягко, а смерть Камиллы мягкой не была. Её жестоко убили. Связали, пытали и запугивали. Может быть, даже заставили смотреть, как убивают её сына.

После того, как в январе убили её сестру, Бри взяла на себя воспитание племянницы и племянника.

Бри надеялась, что миз Браун умерла первой.

– Может, это и неважно, – продолжал Гомер, – но коз надо подоить. Им очень тяжело.

– Вы можете?

– Конечно. Я раньше помогал Камилле, а она – мне.