Ее последнее прощай

Пока они шли к своему джипу, Ланс окончательно успокоился, однако, когда он открывал перед Морган дверь машины, его снова охватил гнев и волнение.

Повернувшись к нему, Морган положила ему ладонь на грудь.

– Со мной все в порядке, Ланс, – заверила она.

Приподняв ее подбородок, Ланс откинул волосы, чтобы рассмотреть шею.

– Уверен, тебе больнее, чем ты говоришь.

На бледной коже отчетливо виднелись красные пятна.

– Все пройдет, – сказала она.

– Да, но я бы предпочел вовсе не видеть этих следов на твоей прекрасной шее.

Пока они работают вместе, Ланс будет всегда оберегать ее. Несмотря на высокий рост, она выглядела изящной, почти хрупкой: стройная фигура, тонкие черты лица. Даже в неброской одежде её образ был пронизан удивительной женственностью. Блестящие серьги, сияющие на солнце черные волосы как из рекламы шампуня.

Однако ему следовало держать своего внутреннего сторожевого пса на коротком поводке. Она вовсе не была беспомощной дамочкой, хотя ее способность постоять за себя каждый раз оказывалась для него сюрпризом.

Как и сердечное волнение всякий раз, как он смотрел на нее. Его смущали чувства, которые он испытывал к ней на этой ранней стадии их отношений. До сих пор они всего лишь пару раз обменялись поцелуями, пусть и пылкими. При этом он не мог отрицать, что ощущал к ней нечто гораздо большее, нежели физическую страсть.

Теперь он испытывал такое огромное облегчение от того, что ей больше не грозила опасность. Он вдруг потянулся к ней, обхватил ее лицо обеими руками и крепко поцеловал в губы.

– Я знаю, что ты можешь сама со всем справиться. И все же мне хотелось оторвать голову этому мерзавцу Тайлеру. Так бы и задушил его.

– Думаю, он рад, что ты сдержался, – рассмеялась Морган.

– А вот ты, похоже, сломала ему нос, – проговорил Ланс, расплываясь в улыбке.

– Я не хотела ничего ломать. Но в детстве так часто отрабатывала подобные приемы, что теперь действовала машинально.

Отец, и дед Морган в свое время служили в департаменте полиции Нью-Йорка. Отец был убит при исполнении обязанностей пятнадцать лет назад, но уроки, которые он преподал своим детям, по всей видимости, не прошли даром.

Морган достала синий цветастый шарф из своей огромной сумки и завязала его на шее забавным узлом, чтобы скрыть синяки. Но Ланс все равно знал, что они там есть.

У Морган пропищал телефон.