Снова влюбляюсь в тебя

 – Ты разве не понимаешь, что я сейчас по уши в дерьме из-за долгов отца? Что респектабельного в долгах на миллионы?

– Если ты выйдешь за меня, никто ничего не узнает, – перебил ее Габриэль. – Как раз перед твоим приходом я говорил по телефону с адвокатом твоего отца. Я покрою все его долги при условии, что мы поженимся на этих выходных.

– На этих выходных? – еще больше растерялась Фрэнки. – Но сегодня уже четверг, и…

– Ты наслышана о репутации моей семьи, не так ли? – скривился Габриэль.

– Да, но все знают, что ты не…

– Все, кроме совета директоров, откуда я сейчас пытаюсь не вылететь.

Я попал туда по протекции твоего отца, но теперь его нет, и другие члены совета немного колеблются. Но когда я женюсь на единственной дочери Марко, аристократке с безупречной родословной и репутацией, они посчитают, что мне можно доверять.

Фрэнки оторвала пальцы от стола и с силой сжала ворот своей шелковой блузки, испугавшись, что ее сердце выпрыгнет из груди и шмякнется на ковер у ног Габриэля.

– Но я не понимаю, почему ты выбрал меня. Мы ведь даже не друзья. И ты наверняка знаешь других аристократок. Кажется, пару лет назад ты встречался с наследницей одного из королевских домов Европы?

Когда Габриэль подошел ближе и навис над ней, она ощутила исходившую от него мужскую силу и властность, и у нее перехватило дыхание. Фрэнки с трудом отвела взгляд от его губ, чтобы не думать о его поцелуях, и мысленно твердила себе, что она женщина гордая и не стала бы выходить замуж в угоду будущему мужу.

Но как насчет собственных интересов?

Предложение Габриэля оказалось слишком заманчивым. Пожертвовав одним годом своей жизни, она избежит позора за карточные долги отца и вернет родительский дом, который останется ее собственностью, не перейдет в руки чужого человека и не превратится в отель или презренное казино…

– Франческа, мне нужен твой ответ. Да или нет.

– Мне нужно подумать… – тяжело сглотнула Фрэнки, мечтавшая выйти замуж по любви.

 – Каким ты представляешь этот брак? – слегка дрожащим голосом спросила она, ухватившись за кожаное кресло отца.

– Я оставлю выбор за тобой, – ответил Габриэль, скользнув взглядом по ее губам.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Это может быть либо фиктивный брак, либо настоящий. Тебе решать.

Выражение его лица оставалось безучастным, но атмосфера вокруг них едва заметно изменилась, словно в комнату вошло третье действующее лицо – взаимное влечение.