Флеминфир для Розы, или Дерево желаний

Она называла меня деточкой и жалостливо гладила по руке, сочувствуя утрате. Я же кивала в ответ, поглядывала на блестящие стрелки больших часов с курантами и смиренно ожидала опаздывающую родню.

Мистер Нейтон выглянул из кабинета и жестом подозвал помощницу. Они обменялись парой фраз, после чего женщина вернулась за стойку, закрепила пенсне на переносице и с головой ушла в работу.

Тяжелая дверь конторы резко распахнулась, вместе с морозным порывом ветра впуская в помещение трех женщин. Я поморщилась, когда вихрь снежинок попал на лицо, и часто заморгала, разглядывая мачеху.

Жадетт стукнула по деревянному полу белоснежной тростью, смахнула с мехового воротника снег, поправила черную шляпку, из-под которой выбивались русые кудри, и осмотрелась. Запнулась взглядом о мою скромную персону, прищурилась и, вздернув подбородок, шагнула в приемную.

Прежде я не видела от мачехи заботы и тепла, поэтому не удивилась надменному поведению даже в столь тяжелый для семьи час.

– Здравствуй, Роза, – сухо поприветствовала женщина.

По обе стороны, копируя мамашу, выстроились Кларисса и Ванесса. Сестры отличались друг от друга внешностью и комплекцией, но одевались всегда одинаково. Вот и сейчас черноволосая пышногрудая Кларисса нацепила точно такое же коричневое пальто, как и рыжая худенькая Ванесса.

– Здравствуйте, – я поднялась со скамьи, подхватила саквояж.

– Приветствую, дамы! Мистер Нейтон уже заждался, – укорила помощница, – прошу, пройдемте в кабинет для оглашения завещания.

Женщина выплыла из-за стойки и распахнула двери, пропуская внутрь. Я вошла вслед за мачехой и сестрами и замерла на пороге, осматривая светлое помещение. Зеленая ковровая дорожка вела от дверей до массивного стола, за которым восседал тучный нотариус в мантии с гербом Вэлибурга. По обе стороны от прохода располагались лавки с резными спинками. Слева дубовый шкаф со стеклянными створками, за которыми виднелись корешки толстых книг. Справа – окно с изумрудными портьерами и тумба для писаря.

Помощница плотно прикрыла двери и чинно заняла место по правую руку от хозяина. Вытащила листок бумаги, обмакнула перо в чернильницу и кивнула мистеру Нейтону, что готова записывать.

– Добро пожаловать, уважаемые родственники покойного Нила Миллера! Присаживайтесь. У нас мало времени, – мужчина открыл толстенную книгу, нашел нужную страницу, сверил что-то с надписью на клейме запечатанного сургучом конверта и уставился на нас.