Связанные ночной клятвой

На лице застыло неприступное выражение, однако, движимая порывом, она медленно увлажнила губы, проведя по ним языком, и поймала его заинтересованный взгляд.

Он явно хочет ее.

Осознание этого оказалось удивительно захватывающим. Она может не нравиться ему. Да, он может не уважать ее. Но чертовски хочет. Он сопротивлялся ее соблазнению семь лет назад. Отверг довольно легко. Заставил ее почувствовать себя глупо из-за проявленной инициативы. Назвал ее глупым, избалованным ребенком, пытающимся играть во взрослые игры.

И вот теперь хочет ее.

Иззи внутренне возликовала. Это давало ей некую власть над ним и влияние.

Она бросила на него взгляд из-под полуопущенных ресниц.

– Хочешь узнать об этом?

Его глаза темнели, пока не превратились в черные бездонные колодцы, в которых плескалось сильное возбуждение.

– Приложу все силы, чтобы это выяснить.

Ах, этот низкий, с небольшой хрипотцой голос. Так возбуждающе. По телу Иззи прошла дрожь.

Она понимала, что напропалую флиртует с ним. Безрассудно и глупо.

Но манера его общения всегда вызывала в ней желание провоцировать его. Поддеть, уколоть. Сорвать маску цивилизованного человека, обнажить первобытные эмоции, которые, по ее ощущениям, кипели у него внутри.

– Где мы будем ужинать?

– Я заказал столик у Генри. Сегодня в восемь тридцать.

Иззи рассвирепела. Какая же она, оказывается, предсказуемая. Откуда бы ему знать, что она согласится? Почему он так в этом уверен?

Может быть, потому, что до истечения срока принятия наследства осталось меньше двадцати четырех часов?

«Ох! Не напоминай мне об этом».

– Твое высокомерие не перестает меня удивлять, – заметила Иззи. – Ты уверен, что никто и никогда не сможет тебе отказать?

Легкая улыбка едва тронула его губы.

– Это бывает не часто.

Иззи охотно верила. А теперь нужно собрать волю в кулак и не позволить ему собой манипулировать. Необходимо противостоять ему. Показать, что она не такая, как все те женщины, которые прошли через его постель. Однажды она оступилась, но сейчас стала старше и мудрее.

Поэтому не позволит ни одному мужчине указывать, что ей делать. Поправив ремешок сумки, она повернулась, чтобы уйти, бросив через плечо:

– Увидимся позже.

– Изабелла?

Иззи осторожно повернулась, стараясь сохранить на лице нейтральное выражение.

– Да?

Он посмотрел ей в глаза, потом опустил взгляд на губы, снова взглянул в глаза, уже более пристально.

– Даже не думай о том, чтобы уклониться от ужина.