Связанные ночной клятвой

Иззи мысленно представляла освещенный теплыми лучами солнца цитрусовый сад, за которым был темный, дремучий и опасный густой лес. Ей вдруг захотелось прислониться к нему спиной. Почувствовать, как ее обнимут мускулистые руки, а его слегка небритый подбородок прикоснется к шее. Он обхватит ее бедра и притянет к себе, она ощутит его твердую мужскую плоть.

Боже. Ей нужно срочно перестать фантазировать.

Андреа взял Иззи за локоть и, открыв дверь, вывел из кафе на весеннее солнце. Она решила не сопротивляться. Окружающие уже начали пялиться на них и показывать пальцами.

Ей не хотелось, чтобы их сфотографировали вместе. Ее связали с ним. Выдали за его очередное сексуальное завоевание.

Для прессы Андреа Ваккаро не просто популярная личность. Его фото на обложке может в три раза увеличить тираж любой бульварной газетенки. У него репутация плейбоя экстра-класса. В шутку поговаривают, будто в его пентхаусе установлен турникет вместо дверей, настолько часто он меняет женщин. Протеже покойного бизнесмена Бенедикта Бирна, итальянец по происхождению, Андреа значительно приумножил состояние своего английского благодетеля.

У Иззи репутация испорченного ребенка, именно с этих позиций ее жизнь освещает пресса. Было время, когда она плохим поведением специально привлекала внимание журналистов, однако сейчас предпочла бы, чтобы ее оставили в покое. Прошли дни, когда она нарочно ходила по ночным клубам и напивалась, чтобы опозорить отца. Однако папарацци и стримеры об этом не знали, а потому стоило только ей попасть в объектив фотокамер, как снимок публиковали с какой-нибудь грубой подписью.

Андреа убрал руку с ее локтя и коснулся безымянного пальца на левой руке.

– Ну что, уже нашла себе мужа?

Иззи знала, что он в курсе каждого слова и каждого знака препинания в завещании отца. Вероятно, сам же и помогал его составлять. Неприятно даже думать о том, что Андреа обладает информацией, касающейся только ее. Он не знал истинного характера ее отношений с отцом. Бенедикт Бирн был слишком умен, чтобы раскрывать темную сторону своей личности тем, кого хотел впечатлить.

Только мать Иззи знала все, но она давно умерла, обретя наконец покой рядом со старшим братом Иззи Хэмишем. Обожаемым сыном. Тем, кому Иззи должна была подражать, но ей не удавалось этого сделать, как, впрочем, и оправдать ожидания отца.

– Я не собираюсь обсуждать с вами мою личную жизнь. А теперь вы должны меня извинить, мне нужно…

– У меня есть к тебе предложение.