Контуженный: РОКОШ

Лица водителя не было видно, потому что он был отгорожен от нас бронестворкой, и это было неспроста, казалось, что он старается собрать на дороге все ухабы и неровности или вообще едет по бездорожью. Нас мотало из стороны в сторону и, если бы не плотная упаковка в транспорт, можно было бы и голову разбить. А так, хотелось разбить ее водиле, причем это было общее неимоверно страстное желание.

Мне еще относительно повезло, потому что я оказался в самой гуще человеческих тел, уткнувшись носом в подмышку одного из наших парней, который выбрал для себя путь тяжа.

– Как думаешь, Сол, там и вправду будет настоящая жратва? – поинтересовался мой сокурсник, башка которого находилась в той же подмышке, что и моя.

– У тебя сейчас об этом голова болит? – зло ответил я, – я вот, например, думаю, выйдет этот урод из транспорта в городе или нет.

– Нее, думаю, не выйдет, а караулить его – просто зря потерять драгоценное время.

– Иииии! – раздался женский визг, и послышалась отборная солдатская ругань.

– Да она сама! – оправдывалась брюнетка с протезом, которую, кстати, звали Клэр Бути. – Ты же знаешь, что она постоянно глючит.

– Так и засунь ее себе в задницу, ты мне чуть грудь не оторвала! – визжала вторая участница бесплатного концерта.

– Разойдись! Я хочу это увидеть! – пробасил еще один тяж нашей роты и глухо захохотал.

С голосом у него, конечно, совсем беда, вырос в размерах он больше всех, но вот интеллектом так блистать и не стал, базы изучал одним из последних.

– И я хочу посмотреть, – вторил кто-то из глубины транспорта, – могу даже помочь! Ха-ха!

– Я тебе сама помогу, Шон, – не потерялась девушка, – ты только подойди поближе, она у меня опять закоротит и отхватит тебе твой стручок!

Раздался дружный хохот и на этом скоротечный конфликт был исчерпан.

Через десять минут транспорт резко затормозил, и все мы сплелись в единый ком, после этого задняя аппарель открылась, и послышался голос водителя из динамиков:

– Наш комфортабельный круизный лайнер прибыл к месту назначения, попрошу всех на выход, – но последних слов отбитого водилы никто уже не слышал, всех как ветром сдуло.