Отдать все, кроме сердца

 – Мне нужно полчаса, чтобы разобраться со срочными бумагами.

На другом конце интеркома быстро обменялись репликами, и Фиона снова обратилась к нему:

– Мисс Армитаж говорит, что не будет ждать. Если вы сейчас ее не примете, она сядет на поезд в Эдинбург, и вы ее больше не увидите.

Анжело медленно побарабанил пальцами по столу. Он привык к упрямству Натали. Ее независимость была одной из черт, которые восхищали его с самого начала, но в конце концов именно это ее свойство и принесло ему больше всего проблем.

Обычно все делали то, что он им велел. С раннего возраста Анжело отдавал приказы, и им подчинялись. Вместе с огромным состоянием приходит власть, и люди это уважают.

Но не малышка Тати!

Он наклонился и нажал кнопку интеркома:

– Скажи, я приму ее через пятнадцать минут.

Не успел он снова откинуться на спинку кресла, как дверь распахнулась и внутрь ворвалась Натали. Ее каштановые волосы со светлыми прядями были растрепаны, лицо раскраснелось от гнева.

Анжело видел контуры ее великолепной груди, поднимавшейся и опускавшейся под блузкой.

– Ты… ты ублюдок! – крикнула она.

– Дорогая, – сказал он, – я тоже очень рад тебя видеть. Сколько времени прошло? Четыре часа?

– Куда ты его увез? – гневно спросила она.

– Кого? – Анжело выгнул бровь. Натали яростно прищурилась.

– Моего брата, – сказала она. Я не могу с ним связаться. Он больше не отвечает на звонки.

– Твой брат в хороших руках, – сказал Анжело. – Пока ты делаешь все, что нужно. Можешь мне доверять, Натали.

Она фыркнула в ответ:

– Я скорее доверюсь гадюке!

Анжело тонко улыбнулся:

– Боюсь, гадюка не обладает влиянием на итальянский магистрат в отличие от меня. Я могу вызволить твоего брата из неприятностей одной подписью. – В подкрепление своих слов он взял ручку: – Так что, согласна?

Глаза Натали сфокусировались на ручке.

– Ты не заставишь меня спать с тобой! – прошипела она. – Ты можешь заставить меня надеть это дурацкое кольцо, но больше ни к чему не принудишь!

– Ты будешь моей женой в полном смысле этого слова, – возразил Анжело. – На публике и наедине. Иначе сделка отменяется.

Она еще сильнее стиснула зубы, так, что он услышал скрип.