По ту сторону полуночи

А ведь он даже не замечал ее, пока она не вступила в пору взросления, и тогда, будто прозрев, он увидел все: и длинные блестящие каштановые волосы, и огромные карие глаза в обрамлении невероятно длинных ресниц.

Он увидел ее грациозную походку, как у балерины, танцующей на сцене, или лебедя, скользящего по глади прозрачного озера. Он увидел фарфоровую кожу. Она казалась белоснежной по сравнению с его загорелой оливковой кожей. Он ощутил ее аромат: жимолости, цветов апельсинового дерева и ванили. Ростом всего пять с половиной футов, Белла выглядела такой миниатюрной и изящной рядом с ним.

Он хотел ее до боли. Его тело гудело от желания с того самого момента, как он схватил Беллу за запястье. Пальцы все еще помнили ее кожу, нежную словно шелк.

Как долго сможет он не поддаваться искушению? Эдуардо всегда вел себя с ней настороженно, даже отстранение. И не только из уважения к ее отцу. Эдуардо чувствовал, что Белла привлекает его не только физически, а он не хотел, чтобы она использовала его, как использовала других.

Мужчины в ее жизни были всего лишь игрушками, которыми Белла забавлялась и о которых забывала, когда ей вздумается. Он не позволит никому, даже Белле Хавертон, использовать его.

– Ужин будет готов через полчаса, – сказал Эдуардо.

– Тебе помочь?

Перекинув полотенце через плечо, он обернулся. Белла была такой молодой, свежей и невинной и в то же время такой искушенной и дерзкой. Это было впечатляющее сочетание, которое всегда играло ей на руку. Она была подобна хамелеону: женщина-дитя, сексуальная сирена и невинный ребенок с оленьими глазами в сногсшибательной упаковке.

Ее одежда облегала идеальную фигуру, как вторая кожа. Даже в мусорном пакете Белла выглядела бы на миллион. На лице ее не было много косметики, однако карие глаза и густые ресницы были умело подчеркнуты, а блеск для губ делал и без того пухлые губы еще более соблазнительными и искушающими.

Сейчас она играла роль Снежной королевы, но Эдуардо видел Беллу насквозь. Она не могла скрыть то, как ее тело реагирует на него.

Впрочем, его тело реагировало точно так же. В дело вмешивалась химия, и каждый раз, когда их взгляды встречались, разлетались искры, словно от бенгальского огня.

– Можешь налить нам вина, – разрешил Эдуардо. – Вон там открытая бутылка красного, или, если хочешь, в холодильнике стоит бутылка белого.

Белла налила красного вина в бокалы и передала один из них Эдуардо. Взявшись за ножку бокала, их пальцы на долю секунды соприкоснулись.