Бедная богатая девочка

Он уже попросил своего секретаря отклонить ее просьбу о встрече и думал, что этого будет достаточно. Почему же она продолжает упорствовать?

– Боже мой, она вот-вот потеряет сознание! – Лючия схватилась обеими руками за подоконник.

– Да она притворяется, – спокойно ответил Алессандро, снова берясь за бумаги и стараясь не обращать внимания на острое чувство вины и жестокую душевную боль.

– Я схожу принесу ей воды и посмотрю, как она себя чувствует.

– Делайте что хотите, – ответил он, переворачивая страницу документа, на котором уже полчаса не мог сосредоточиться, – только не пускайте ее ко мне.

– Хорошо, синьор.

Открыв глаза, Рэйчел увидела итальянку лет пятидесяти, державшую в одной руке стакан воды, а в другой – кувшин с кубиками льда и ломтиком лимона.

– Возьмите попейте воды, прежде чем идти. – Женщина просунула холодный стакан через решетку ворот.

– Спасибо. – Взяв стакан, Рэйчел принялась жадно пить воду. – У меня жутко болит голова.

– Это от жары. – Женщина снова наполнила стакан. – В августе у нас всегда так. У вас, наверное, обезвоживание.

Выпив еще два стакана, Рэйчел улыбнулась женщине благодарной улыбкой:

– Grazie. Вы в буквальном смысле спасли мне жизнь.

– В каком отеле вы живете?

Рэйчел встала, держась за прутья решетки.

– Мне негде жить. У меня нет денег, чтобы оплатить отель, и к тому же я потеряла багаж.

– Вы не можете остаться у нас. Синьор Валлини категорически против.

– Я хочу увидеться с ним всего на пять минут. Пожалуйста! Я вас очень прошу.

– Я могу потерять работу, если разрешу вам войти.

– Пожалуйста!

Женщина тяжело вздохнула, ставя кувшин и стакан на землю:

– Хорошо, пять минут, но ни минутой больше.

Взяв сумочку, Рэйчел шагнула за ворота, которые со щелчком закрылись за ней.

Виллу окружал роскошный сад. Розы всех возможных цветов источали аромат, который становился еще сильнее под жаркими лучами солнца.

Экономка открыла переднюю дверь виллы, и Рэйчел вошла в прохладное фойе с мраморными полами и лестницей. С потолка свисали хрустальные люстры, стены были украшены живописными полотнами, а через высокие окна проникал золотистый солнечный свет. Вся эта роскошь совершенно не вязалась с происхождением Алессандро.