Капитан Гном и Меч Судьбы

– Я доем его, доем, – снова захихикал Роджер, у которого уже закружилась голова. – Не волнуйся об этом, Моссик. Я доем твой пирог. Кстати, что это за пирог?

– С грибами.

Мальчик широко улыбнулся:

– С грибами! Потрясающе. Мне это нравится.

Его неумолимо клонило в сон, но одновременно мальчик чувствовал прилив необъяснимого веселья. Он снова отпил из фляги.

– А сейчас, Моссик, я хочу задать тебе несколько вопросов по поводу… всего.

Он отправил в рот последний кусок пирога и снова приготовился выпить, но гном наклонился и выхватил у него флягу.

– Хватит! – Лицо его выглядело строгим. – Я забыл про человеческий возраст. Гном полностью взрослый в три года, а борода его седеет к семи. Задавай свои вопросы. Я расскажу тебе всё, что ты хочешь узнать про нашу миссию.

– Ты такой зануда! – Роджер откинулся на деревянную баррикаду. Он чувствовал себя прекрасно: спокойно, тепло, удобно. Всё его тело наполняло ощущение счастья.

– Расскажи мне всё, ничего не пропускай.

Гном с недоверием посмотрел на мальчика. Потом почистил зубы кинжалом, отхлебнул из своей фляги и начал рассказ.

Глава девятая

– В стародавние времена, – начал он чинно, – нашу землю населяли разные существа. Все они сосуществовали более-менее мирно, за исключением человеческого этноса. Это был самый молодой этнос и самый беспокойный. Людям нравилось управлять и командовать.

Моссбелли говорил серьёзно, слова его звучали внушительно. Роджер, начавший уже засыпать, смотрел на него круглыми от изумления глазами.

– И вот было созвано великое собрание, чтобы решить судьбу человеческого этноса. Многие хотели полностью истребить этих недисциплинированных существ.

Роджер потянулся вперёд. Голова у него слегка кружилась.

– Они это сделали?

Моссбелли прищурился и наклонил голову:

– Подумай. Если бы человеческий этнос был уничтожен, мог бы ты быть здесь сейчас?

– А, нет, – понял Роджер. – Как глупо с моей стороны. Меня бы здесь не было. Что же произошло? Почему я всё ещё есть?

– Гномы. Гномы спасли вас, мой уродливый друг. Они высказались за то, чтобы сохранить людей.