Барон с улицы Вернон. Призраки Чугуева. Книга вторая

– Добрый день, – глянул он на трактирщика и улыбнулся.

Трактирщик, посмотрел как эсэсовец опёрся локтями на стойку.

– Чего желаете, господин офицер? – скривил свою дежурную улыбку трактирщик.

– Каберне совиньон, шестьдесят восьмого года, – спокойно сказал эсэсовец.

– К сожалению… – вмиг исчезла улыбка с лица трактирщика, которая сменилась удивлением, – совиньон этого года у нас закончилось. Могу Вам предложить фран, двадцать пятого.

Трактирщик замолчал глядя на офицера.

– Пожалуй, я могу сам выбрать вино в погребе? – спросил офицер.

– Конечно, я провожу Вас, – удивлённо кивнул трактирщик, отставив пивную кружку.

Проводив офицера в подвал, он вернулся и подошёл к сидящему у окна человеку.

– Там эсэсовец. И он спрашивал каберне, шестьдесят восьмого года, – шепнул трактирщик, почти наклонившись к нему.

Человек поправил шляпу, плащ и встал.

– Знаете, – громко сказал он, – пожалуй я тоже сам выберу себе вино, если Вы не против? – посмотрел он с улыбкой на трактирщика.

– Извольте, мсье, – улыбнулся трактирщик, – у нас хорошие вина! Я покажу Вам как спуститься в погреб.

Когда человек спустился погреб, он увидел что эсэсовец сидит за столом сняв фуражку.

Эсэсовец посмотрел на него, вздохнул и приветливо кивнул.

– Здравствуйте, мистер Флеминг, – улыбнулся офицер, – я князь Кузьмин-Караваев, – сказал он, – точнее, штандартенфюрер Кузьмин-Караваев, член РОВСа и координатор Движения Сопротивления среди русской эмиграции.

Флеминг прошёл и сел на стул напротив эсэсовца.

– Пожалуй нальём? – предложил он, – вдруг та пьяная компания, тоже захочет сама попробовать вина?

– Не против, – поставил на стол бутылку вина Кузьмин-Караваев, – я уже выбрал. Вы пьёте шампанское?

– Надеюсь, его не придётся экстренно открывать, – усмехнулся Флеминг.

– И так, вот то что просили, – протянул Кузьмин-Караваев книгу Флемингу.

– Книга? – взял книгу Флеминг, – просто книга?

– Это коробка с негативами, – ответил Кузьмин-Караваев, – там весь архив диверсионной школы. Я надеюсь, что мои сын и жена уже далеко от Парижа и поэтому могу быть спокоен.

– Вы понимаете, что Вы сыграли в «ва-банк» и не можете возвращаться в Париж? – посмотрел на него Флеминг.

– Понимаю, – кивнул Кузьмин-Караваев, – Вы можете предложить окошко для побега? – рассмеялся он.