Новые надежды

Ее офис вон за той дверью, – он указал направление, – и, если только у меня нет какой-то важной приватной встречи, держи ее постоянно открытой. Учитывая твою привычку уходить не попрощавшись, думаю, это можно рассматривать как дополнительную меру предосторожности с моей стороны. Ты не против?

Кейт прекрасно понимала: этот человек не испытывает к ней ни капли уважения, однако она решила, что сделает только хуже, если развернется и уйдет. Сейчас ей следует забыть о гордости. В ту ночь, что они провели вместе в Италии, случилось обыкновенное чудо: в ней зародилась новая жизнь.

Не важно, как он отреагирует, она не может от него такое скрывать. Как бы это сложно ни было, у нее нет права молчать… Ведь он отец ее ребенка.

– Если тебе так удобнее… Я не возражаю. – Она встала и на все еще ватных ногах отправилась знакомиться со своим новым местом работы. Но когда она проходила мимо Люки, он поймал ее за локоть.

– Что? – Она взволнованно посмотрела на него.

Его взгляд словно прожигал ее насквозь, а его прикосновение она чувствовала даже сквозь толстую ткань пиджака.

Все те же руки, ласку которых, как она думала, никогда не забудет…

– Niente… ничего…

Он отпустил ее торопливо, словно мог заразиться чем-то, и Кейт с тяжелым сердцем открыла дверь в небольшой, но стильный и аккуратный офис.

Люка засунул руки в рукава пиджака и тяжело вздохнул. Ему понадобится по меньшей мере пара месяцев, чтобы оправиться от встречи с этой женщиной.

Женщиной, которую ему и так было непросто забыть.

Madre mia! Он уж было решил, что это видение, когда увидел ее, входящую в его кабинет. Такой эффект оказала та случайная встреча в Милане. И даже сейчас, спустя несколько минут, он не мог успокоить бешено колотящееся сердце. Он все еще ощущал ее нежный запах, который его ноздри уловили в тот момент, когда он со злостью отпустил ее руку. Этот запах напомнил ему о зеленых лугах Англии после дождя и возымел эффект похлеще любого дорогого парфюма бесчисленных знакомых ему богатеньких дамочек.

Волна судороги прошла по его животу и ниже. Люка сел в кожаное кресло и запустил руки в густые черные волосы. Даже фотографическая память подвела его – он не помнил, чтобы Катерина была настолько красива. В ее взгляде было что-то колдовское, завораживающее. Длинные ресницы обрамляли ее огромные, словно озера, глаза.