Девушка из Уидоу-Хиллз

Как отбившееся животное, которое нужно завести внутрь. – Ничего страшного. Мой сын тоже иногда ходил во сне. Правда, только по дому.

Я пыталась сосредоточиться на его губах, на словах, которые он произносил, но что-то от меня ускользало. Голос звучал издалека, все вокруг расплывалось. Я еще не до конца вернулась в реальность.

– Нет-нет, я не спала. – Собственные слова царапали мне горло. Во рту все горело, безумно хотелось пить. – Со мной такого больше не бывает, – добавила я, с усилием поднимаясь по ступенькам крыльца.

Ноги покалывало, как после долгого онемения.

– Хм, – сказал он.

Я говорила правду. Затянувшиеся ночные кошмары – да, особенно в преддверии годовщин несчастного случая, когда все всплывало на поверхность. Когда любой стук в дверь, любой неизвестный звонок вызывал у меня спазмы в желудке. Однако хождение во сне не повторялось с детства. Поначалу мне давали лекарства, а к тому времени, когда я перестала их принимать – раз пропустила, второй, потом забыла продлить рецепт, – эпизоды больше не возобновлялись.

Отголоски прошлого, ничего больше. Как и все прочее, что осталось в прошлой жизни, у той девочки.

– Что же, по-видимому, еще бывает, – отозвался Рик.

Свет от крыльца отбрасывал на двор длинные тени. Рик надавил на дверную ручку – она не поддалась. Нажал еще раз и вздохнул.

– Как же ты ухитрилась-то? – Он посмотрел мне на руки, словно ожидая увидеть там ключ, прищурился при виде грязных ногтей, перевел взгляд на запачканные кровью ноги.

Мне захотелось объяснить ему, на что способно мое подсознание.

Рассказать о моем инстинкте выживания. Только ночь вдруг решительно заявила о себе порывом холодного ветра, и моя кожа покрылась мурашками. В Северной Каролине даже в летние ночи не забываешь, что ты высоко в горах. Рик поежился, глядя в сторону, будто надеялся предугадать приближение следующего порыва.

– У тебя ключа не осталось? – спросила я, обнимая себя руками.

Изначально ему принадлежали оба участка, я у него этот дом и купила. Рик сам спроектировал его для сына, который вот уже несколько лет как уехал из города.

Лицо Рика напряглось, уголки губ опустились.

– Просил же тебя сменить замки.

– А я и собираюсь. У меня даже записано. Так что насчет ключа?

Он покачал головой.

– Я отдал тебе все, которые у меня были.

Теперь я сама подергала ручку, представляя другую версию себя. Ту, что, должно быть, закрыла изнутри замок, прежде чем захлопнуть дверь. Мышечная память. Безопасность прежде всего.