Байки из канадской истории

Но тут Гаяйр сам объявляется и заявляет: – Это я написал листовки! Я разоблачил вора и мошенника! Вяжите меня! И судите! Отдайте под суд за клевету на премьер-министра колонии! И вам придётся или приговорить меня к каторге, или признать мою правоту! В любом случае без суда не обойтись, а во время суда следствию придётся изучать мои обвинения, публично их оглашая и или уж опровергая, или подтверждая. Придётся вызвать свидетелей, поднимать отчёты, сведения о движении средств, вызывать в суд работников и хозяев предприятий, изъять для изучения документы премьер-министра и правительства на проверку, провести аудит бюджета и много чего ещё сделать…

Ха! Казалось бы, Гайяр поставил власть в сложное положение… Но не сообразил он, что премьеры тоже не лыком шиты.

Суд-то и впрямь состоялся, 25 июля 1668 года. Только вот рассматривалось на суде одно обвинение – упоминание имени Короля Франции в оскорбительном смысле! Дело в том, что Гайар в листовке написал следующую фразу: “Король Франции назначил премьер-министром человека, который оказался вором.

Гайяр пытался оправдаться – мол, я просто указал, кем Талон назначен на свой пост, я про короля ничего обидного и не говорил! Куда там, присудили ему три года каторги на галерах и выплату 300 ливров штрафа за оскорбление его величества.

Листовки с изложением обвинений суд постановил сжечь, так как в текстах встречается имя короля! По существу обвинений Гайара суд рассматривать тексты отказался, потому что в них содержалась фраза, оскорбляющая Его Величество! В судебных архивах и то текст не сохранился. Что там понаписал радетель за правду, никто и не знает.

А народ приговор радостно поддержал. Потому что, за вычетом издержек, суд постановил всю сумму штрафа направить на улучшение благосостояния трудящихся и вложить деньги в строительство таверны в столице.

Больше про Гайяра никаких упоминаний в архивах нет. Талон вернулся во Францию через пару лет, где жил припеваючи в своих дворцах до самой кончины ещё четверть века спустя.