Как приручить герцогиню

Ей так хотелось провести еще хотя бы одну ночь дома с Маргарет – только с ней она могла быть несовершенной. Ах, если бы только ее миновало проклятие красоты!

Изабелл мысленно усмехнулась. Дурнушки мечтают стать красивыми, но у красавиц жизнь тоже не сахар.

– Экипаж ждет. Герцог тоже. – Голос графини опередил ее саму. Услышав его, Изабелл машинально выпрямилась и расправила плечи.

По крайней мере, этот герцог едва ли будет постоянно критиковать ее осанку. Значит, хотя бы один положительный момент в этом браке есть.

Можно будет позволить себе ссутулиться… изредка.

– Иду, мама, – сказала Изабелл и в последний раз обняла сестру.

– Помни, – шепнула ей на ухо Маргарет, – если ты будешь несчастна, мы обязательно что-нибудь придумаем. – Изабелл поняла, что вот-вот расплачется, кивнула и отстранилась. Пусть ничего нельзя сделать, однако было приятно осознавать, что кому-то она небезразлична.

– Пора, девочки, – скомандовала графиня.

Изабелл вздохнула и переступила порог своей спальни.

Поездка до церкви оказалась мучительно короткой. Судя по количеству стоящих вокруг экипажей, сюда съехался весь цвет лондонского высшего общества, чтобы поглазеть на новоиспеченного герцога и на бракосочетание самой красивой лондонской пары.

Она вошла в церковь с отчаянно бьющимся сердцем, но, идя по проходу, не забывала держать спину прямой, а голову – высоко поднятой. Она направлялась к алтарю, где ее ждал человек, которому предстояло заботиться о ней всю жизнь.

Из неопубликованного романа с продолжением

Повелительницы Тайн

– Войдите.

 – Джейн повернулась в кресле, надеясь увидеть белого рыцаря, коня или по крайней мере посыльного, который доставит весть, что ей не придется пройти через все это.

– Добрый вечер, Джейн. – Он вошел в комнату, словно крадущийся хищник, его черные глаза, устремленные на нее, горели. Ей показалось, что она понимает, что он видит и о чем думает, и она вздрогнула.

– Я хотел отдать тебе это. – Он достал из кармана бархатный футляр, подошел к ней и открыл его.

В футляре оказалось самое прекрасное украшение, какое ей доводилось видеть. Он достал вещицу из коробки и, сделав два шага, остановился у Джейн за спиной.

– Это ожерелье моей матери, – сказал он, обвивая нитью ее шею. Она почувствовала холод драгоценности. Его пальцы, застегнувшие ожерелье, тоже были холодными. – Оно будет на тебе на первом официальном мероприятии, в котором мы примем участие как муж и жена.