Парни из старшей школы

Что-то мне не хочется быть жертвой ваших издевательств, к тому же ваша игра в «не жмись – поделись!» уже закончилась, и нет смысла хвастаться старой игрушкой.

– Ладно, я перефразирую. – Ройс сдвигается в сторону и пристально смотрит на меня. – Ты приходишь на вечеринку, или – тот же расклад, но с небольшими изменениями: Мейбл найдет твою кровать пустой. Ты ведь любишь тайком уходить из приюта по ночам, думая, что никто тебя не видит.

Я отворачиваюсь, но он продолжает пялиться на мой профиль.

– Куда ты ходишь?

Я вскакиваю на ноги.

– Не твое собачье дело.

– Тогда увидимся сегодня вечером.

– Да что с вами такое? Ведь не всегда бывает так, что вы получаете, что хотите?

– Такого не бывает. Иногда, правда, приходится приложить чуть больше усилий, но в конце концов мы всегда побеждаем. – Ройс широко улыбается и вдруг кажется таким невинным, но потом он затягивается косяком и уходит с невероятно самодовольным видом.

Закатив глаза, я возвращаюсь в дом.

Стоит мне войти, как меня уже встречает Виктория.

– Ты ведь вроде не трахаешься с ними?

Я говорю ей то, что она хочет услышать, чтобы заставить ее уйти:

– Выходит, я соврала.

Я падаю на кровать и, полежав немного, вставляю в уши наушники, вытаскиваю складной ножик из лифчика, кладу руку под подушку и отрубаюсь.

* * *

Мейбл будит меня на ужин и вечернюю уборку. Когда с делами покончено, я уже вся извелась из-за того, что целый день провела дома: мне трудно расслабиться в четырех стенах, я привыкла сбегать.

– Можно с тобой?

Обернувшись через плечо, я вижу Виенну.

– Я просто хочу погулять.

– Я не против прогулки.

Она выходит вместе со мной, и мы идем по дороге мимо парка, где парни тогда играли в баскетбол.

Виенна оглядывается на полуразрушенную площадку.

– Ты знала, что наша школа была построена Брейшо?

Я бросаю на нее быстрый взгляд.

– Да, я так и поняла. Старшая школа Брейшо…

Я умолкаю. Интересно, к чему она затеяла этот разговор?

– Раньше детям из бедных семей не разрешалось посещать ее, их возили на автобусе в соседний город. Она была только для богатых семей и их отпрысков. Но в один прекрасный день они вдруг начали пускать туда таких, как мы.

– Неожиданная перемена.

Виенна фыркает.