Парни из старшей школы

Но это только, если… – он переводит взгляд обратно на меня, – твоя челюсть не слишком устанет.

Вокруг раздаются смех и перешептывания. Эти короли хорошо вымуштровали своих подданных. Они знают, когда им стоит промолчать, а когда начать глумиться.

Я поднимаю глаза как раз в тот момент, когда в столовую входит Мэддок, возвышаясь над всем нами. Высокий и широкоплечий, он останавливается, высокомерно подняв подбородок, и почему-то это ничуть не умаляет его привлекательности. Парень стоит напротив меня, и от его пристального взгляда у меня пересыхает во рту.

Мельком взглянув на Ройса, он подходит ближе и хмурится еще сильнее. Его глаза снова останавливаются на мне.

– Скажи-ка мне, детка, – достаточно громко, чтобы слышала вся столовая, шепчет Ройс. Он протягивает руку, чтобы коснуться моих волос, но я уклоняюсь. – Сможешь сегодня продержаться подольше?

Мне бы хорошенько съездить ему по физиономии за то, что он попытался дотронуться до меня, за то, что вот так нагло влез в мое личное пространство, но я держу себя в руках.

Все слушают, в столовой повисла мертвая тишина, и теперь, когда здоровяк стоит совсем рядом, я чуть наклоняюсь вперед и наслаждаюсь тем, как он не успевает скрыть свои чувства – его глаза расширяются, когда моя ладонь скользит по ширинке его джинсов «Тру Релиджн».

– Хочешь, чтобы я продержалась подольше? – Я растягиваю каждое слово, произношу их с придыханием, как и полагается настоящей шлюхе, каковой меня считают благодаря им.

Я медленно поднимаю глаза на Мэддока, и он, словно почувствовав на себе мой взгляд, отрывается от созерцания того, что мои руки делают с его приятелями, и смотрит на меня. Клянусь, он становится даже выше своих метра девяносто пять, а левый уголок его рта едва заметно приподнимается.

Я продолжаю смотреть прямо ему в глаза.

– Назовем это прелюдией, а потом я вся твоя. – Ноздри Мэддока раздуваются, и теперь наступает моя очередь ухмыляться. Я неспешно опускаю глаза на Ройса. – Ты же знаешь, он никогда не сможет удовлетворить меня так, как ты.

Я чувствую, как Ройс и Кэптен на мгновение напрягаются, но они тут же пытаются рассмеяться в ответ, а потом – вы только представьте себе! – вдруг поднимаются, чтобы уйти.