Лица

И той, которая принимала роды я, конечно же, подмигнул, но ничего не сказал только потому, что не знал, как мне это сделать и поэтому расплакался. Не знаю, воспитание повлияло на меня или это гены, но с детства мне очень нравились девушки, и до сегодняшнего дня я обожаю их. Отношение с ними складывались прекрасно. И только некоторые из них оставили на моём сердце шрамы, не ответив взаимностью. Но время всегда помогало мне забыть столь неприступных особ, и я снова был раскрыт для любой прекрасной незнакомки, осыпая её комплиментами и одаривая всевозможными подарками.

Первое любовное приключение, произошедшее со мной, которое я помню, было в садике с необыкновенной красоты девочкой, очень избалованной вниманием противоположного пола, и потому неприступной, но очень желанной. В те времена, будучи ещё очень молодым, и не знающий таких понятий, как неуверенность или стеснение, которые приходят с возрастом и очень мешают жить, я вёл себя уверенно и очень естественно, просто уделяя всё своё внимание предмету моих симпатий. Поначалу, она вела себя так же, как и со всеми: делала вид, что ей не интересно, не говоря ни слова, уходила, в то время, когда я что-нибудь ей рассказывал, забывала мои подарки в виде шоколадок, или симпатичных календариков, которых до какого-то момента у меня было достаточно много, и т.п. Но после того как однажды я подарил ей цветок, который вытащил из шикарного букета, подаренного папой по какому-то случаю маме, она посмотрела на меня совершенно по-другому. Как будто я что-то растопил в её холодных и прекрасных глазах, и теперь они стали теплыми и излучающими нежность и доверие. Мы стали самой красивой парой в нашем садике. Меня, казалось, обожали все девочки, подружки моей Ани. А я обожал мою Аню. Тем более её звали так же, как мою маму, и это притягивало меня к ней ещё больше. Теперь мы не расставались ни на секунду, ну, кроме, конечно, личных процедур и сончаса. Как на зло, её кровать была на противоположной стороне комнаты, и сончас стал для меня вдвойне мучительнее. Я попытался поменяться местами с одной, так понимающей нас, девочкой, что было не сложно, чтобы быть рядом с моей принцессой, но ничего хорошего из этого не вышло. Когда воспитательница заметила подмену, меня, как маньяка-насильника, или просто, нарушающего порядок, ребёнка, поставили на целый час в угол, в то время как все делали вид, что спали. И это расставание происходило каждый день, но делало наши чувства ещё крепче.