Герцог-дьявол

Габриэль откашлялся, затянулся сигарой и отпил немного виски. Паузы выводили Брентворта из себя.

– Говорят… – Он сделал очередную затяжку, чтобы позлить Брентворта. – Говорят, из-за ваших разногласий она хотела порвать с тобой, но тебе удалось вымолить прощение.

– Что за чертовщина! – воскликнул Страттон и повернулся к Брентворту в ожидании его ответа.

– Что за чертовщина! – эхом отозвался Брентворт, глухо и мрачно.

– А еще говорят, что в качестве извинения ты вручил ей жемчужные серьги…

– Проклятье! Ничего подобного я не делал.

– Ну, я всего лишь повторяю то, что говорят. Если ты изложишь нам свою версию, буду только счастлив опровергнуть любые сплетни на сей счет.

– Я не собираюсь обсуждать это…

– Да-да, мы знаем. Поступай как хочешь. А она тем временем сотрет в порошок твою такими трудами созданную репутацию самого искусного соблазнителя женщин.

– Кто же может воспрепятствовать леди спасти собственное лицо, пусть даже путем беспомощной лжи?

– Ты хочешь сказать, что все-таки бросил ее?

Брентворт едва заметно кивнул:

– Сережки были подарком на память о былой любви.

– Но разговоры в клубе, пересуды светских кумушек… Это нельзя сбрасывать со счетов, – заметил Габриэль.

– Все через день забудется, – попытался успокоить спорщиков Страттон. – Существуют вещи и похуже мнения света о том, кто кого бросил: мужчина или женщина.

Брентворт все еще выглядел рассерженным и посылал в сторону Габриэля, угрожающие улыбки.

– Ну, если уж ты начал развлекать Страттона в сложное для него время, тебе следует продолжить.

– У меня нет больше ничего интересного для него.

– А почему бы тебе не рассказать о твоей пастушке?

Габриэль затянулся сигарой.

– О пастушке? – с любопытством переспросил Страттон.

– Он встретил ее на маскараде, – пояснил Брентворт. – Девица преследовала Гарри, и он бросился ему на выручку. Затем он заманил ее на террасу, а оттуда – в сад. Относительно того, что происходило там… – Он взмахнул сигарой, намекая на нечто в высшей степени пикантное.

– И что же? – Любопытство Страттона нарастало.

Габриэль откашлялся.

– Ничего особенного не произошло. История очень короткая.

Как правило, он не останавливался перед тем, чтобы во всех подробностях расписать друзьям свои приключения с женщинами, но на сей раз подобного желания у него не возникло. Во-первых, эта история явно не делала ему чести.