Герцог-дьявол

Кроме того, он никогда бы не узнал о существовании Аманды, если бы ее мать не сообщила ему о ней в попытке спасти себя.

Он был богатый противник. Мама никогда бы не стала воровать у бедняка. Богатый и скорее всего могущественный. Человек, способный добиться самого сурового приговора для похитителя его ценностей – повешения.

Аманда с горечью рассмеялась над собой. Ведь именно этим занималась ее семья. Ее родители были умнее многих других преступников, но ворами. Очень умелыми, чрезвычайно отважными, но ворами.

Этому они научили и свою дочь.

Аманда положила письмо в ящик стола, затем извлекла одежду, которая была ничуть не похожа на ту, в какой она красовалась прошлым вечером. Девушка быстро переоделась. Сегодня с наступлением сумерек Аманда тоже кое-куда отправится, но прежде ей нужно попрактиковаться.

Она не была уверена, остались ли у нее силы реализовать ее план. И она не поймет этого, пока не попробует. Однако в любом случае она постарается сделать успех своего предприятия более вероятным. Годы учения не прошли для Аманды даром, хотя теперь она совсем не считает это игрой, как бывало в дни детства.

Она встала на сделанную мелом отметину на полу, затем присела почти на корточки, отставив одну ногу назад для сохранения равновесия. После чего, собрав всю силу, на которую была способна, совершила большой прыжок вверх и вперед.

– Кого ты ищешь?

Брентворт задал свой вопрос во время верховой езды с Габриэлем.

– Я никого не ищу.

– Неужели? Ты настоял на прогулке в час, когда в Гайд-парке не протолкнуться.

Обычно ты избегаешь этого. И с того момента, как мы сюда прибыли, ты не перестаешь украдкой бросать взгляды по сторонам. Я вынужден заключить, что ты надеешься здесь кого-то встретить. Случайно, конечно.

Габриэль уставился прямо перед собой. «Взгляды украдкой, черт побери!»

– Не пастушка ли владеет твоим воображением?

Черт побери! Он обнаружил, что последние два дня внимательно рассматривает женские подбородки и губы в поисках знакомого. Если же замечал красно-карминные губы, то начинал всматриваться еще пристальнее, чтобы проверить, естественный это цвет или похожий оттенок губной помады.

Однако нынче он выехал на прогулку совсем не для этого. Он просто хотел скоротать время. Одна мысль о том, что сулит ему грядущий вечер, вызывала у него возбуждение.

Восторг, вызванный загадочной незнакомкой, был сам по себе довольно необычен для Габриэля и потому заставлял его задумываться над причиной столь редкого увлечения.