Опасность в бриллиантах

– По вторникам я чертовски скучный и некомпанейский человек, да еще и жестокий, помните?

– А во все остальные дни вы просто пьяны. Я не принимаю нетрезвых мужчин и не могу согласиться на ваш светский визит, если вы не в состоянии удержаться от выпивки.

Она решительно отказывалась уступить и извиниться. Невероятно!

– Я не говорил, что это светский визит. С вашей стороны слишком самонадеянно так думать.

Дафна вздохнула так, что напомнила ему Хоксуэлла, когда тот впадал в крайнее раздражение.

– Я не приму вас, если вы в нетрезвом состоянии.

Если нужно будет поговорить о деле, если вам потребуется от меня информация, могущая повлиять на ваше решение, мы встретимся специально, но не здесь. – Она расправила плечи, подняла свой чертов невидимый щит и посмотрела на Каслфорда с холодной решимостью. – А сейчас я вынуждена просить вас удалиться.

Проклятие, она просто вышвыривает его вон!

Ей повезло, что у него такое хорошее настроение. Ее манеры всего лишь щекотали самолюбие, а не вызывали ярость.

Тем не менее своим высокомерием она словно подстрекала его. Черта с два он отступит, не подразнив ее немного.

Дафна с такой свирепостью держала спину прямой, что напоминала Каслфорду фарфоровую статуэтку. Он посмотрел поверх ее плеча, привлекая к себе внимание, и не приложил ни малейшего усилия сделать вид, что рядом с ней нет кровати.

Каслфорд ни на что не намекал, он всего лишь обвел взглядом кровать вместе с дамой, чем вынудил ее признать интимность их спора, возможности, вытекающие из их уединения, и тот факт, что он уже успел позволить себе больше фамильярности по отношению к Дафне, чем следовало из ее сегодняшнего поведения.

Выражение ее лица не изменилось ни на йоту, взгляд не дрогнул, однако щеки еще больше порозовели. Каслфорд не отводил взгляда до тех пор, пока румянец не сгустился.

И тогда глаза отвела Дафна.

– Мы поступим так, как вы желаете, – сказал Каслфорд. – Я хотел избавить вас от неудобств официальных совещаний, но если таковы ваши предпочтения, я не собираюсь причинять неудобства самому себе.

Приходите ко мне завтра в девять часов, и мы обсудим вопрос, который привел меня к вам сегодня.

– В девять часов?! Это варварство! А что до места… думаю, лучше встретиться в парке.

– Как я уже сказал, я собирался избавить вас от неудобств, но за мое великодушие услышал лишь нудные упреки. Поэтому в следующий раз мы встретимся так, как удобно мне, в то время и в том месте, где ваше дело не помешает моим привычкам.