Истоки Нашей Реальности

У мужчин из рода Марголисов всегда должна быть минимум одна женщина под рукой на случай, если в трудный момент потребуется расслабиться.

Саша оглянулся на Дирка.

– Теперь я понял: это у вас обычай такой – быть извращенцами.

Гедалия тихо хохотнул и вытащил из своего мини-бара под столом три бокала и бутылку.

– Ты любишь охоту, мой мальчик?

– Никогда на ней не бывал.

– Что ж, это нужно исправить. У нас, Марголисов, заведено хотя бы раз в месяц охотиться с помощью старинных винтовок на арабских скакунах.

Тебе это пойдет на пользу. Я уже договорился о подготовке дичи и лошадей.

– У нас разные представления о развлечениях. Я предпочитаю не пачкать руки кровью, пусть даже это будет кровь кролика или оленя.

– И что же ты тогда считаешь развлечением, если не старую добрую охоту? Скачки? Гольф? Рыбалку?

– Чтение, просмотр документальных фильмов о науке, природе, космосе, древних цивилизациях, генетике и биологии в целом.

– О, я словно разговариваю со стариком из дома престарелых, – разразился Гедалия безудержным смехом.

 – У мужчин старше меня увлечения поинтереснее, а я очень старый.

Он взглянул на Дирка и кивнул в сторону внука, приговаривая:

– Ему необходимо оформить гражданство Израиля.

– Я уже занимаюсь этим, – заверил его Дирк.

– Зачем оно мне? – поинтересовался Саша с насмешкой. – Дань уважения предкам? Возвращение к «истокам» на чужих оккупированных землях?

Гедалия смотрел на него со снисходительной улыбкой.

– Знаешь, раньше Израиль признавал гражданами тех, кто еврей по материнской линии. К нашему несчастью, ты официально еврей по линии отцовской. Но хорошая новость в том, что Израиль смягчил правила, так что теперь и ты без труда можешь получить гражданство. Возвращение к истокам? Именно. Свою историю, историю своей страны и своих предков нужно знать.

– Вроде того, что евреи сорок лет сновали по пустыне?

– Вроде того, – подыграл ему Гедалия. – Видишь ли, современный мир в лице политиков-энтузиастов пытается внушить людям, что не имеет значения, кто ты – мужчина или женщина, взрослый или ребенок, еврей или немец, черный или белый.

Они пытаются уничтожить идентичность людей, чтобы якобы сблизить их, покончить с войнами, ксенофобией, расизмом и сексизмом. На деле же им просто гораздо удобнее контролировать народы, когда они лишены устоев и истории, когда даже те, кто их имеет, не придают им значения, потому что «все мы люди».