Истоки Нашей Реальности

– Ментальное здоровье? Как вы предлагаете его поправлять в моем случае?

– Знаю, это может прозвучать глупо, учитывая войну, но вы должны отвлечься от нее и отдохнуть. Уделить все свое время себе и мыслите позитивно. На кону ваша жизнь.

– Вы правы. Звучит действительно глупо. Я бы даже сказал по-идиотски. Вы хотите, чтобы я бросил все, чем сейчас занимаюсь, закрыл глаза на войну, возможную смерть близкого человека и уехал в какой-нибудь санаторий ради вероятности выживания пятьдесят на пятьдесят? – Саша хлопнул себя по коленям и склонился ближе к ее лицу.

 – А если не выживу? Все, над чем я работал, так и останется незаконченным.

– Какой толк от ваших открытий, если вас не станет? Мне больно говорить об этом, но о спасении Анджеллины придется забыть. Это невозможно. Не стоит тратить время на заведомо гиблое дело, а лучше потратить его на себя.

– Вы не слышите, что несете! – всплеснул он руками.

– Смиритесь, вы ей не поможете, – покачала она головой. – Помогите лучше себе. Я тоже помогу.

Начну с усовершенствованных версий искусственных органов.

– Ваша задача – придумать способ уничтожения своих горгонов до наступления на Берлин, которое может состояться в ближайшие недели.

– Я и не собираюсь откладывать старую работу. Просто в свободное время буду заниматься новой.

Он вскочил с места и всплеснул руками, приговаривая:

– Поразительно, как вы бездарно готовы растрачивать свое и без того крайне ограниченное время.

– Нет, – она встала перед ним, – поразительно то, как легко вы отпускаете свою бесценную жизнь, чтобы потратить ее остатки на бессмысленную борьбу за чужую жизнь и то, чего не смогли достичь тысячи ученых.

Вы умный человек, но в данном случае поступаете непозволительно глупо.

Он коротко усмехнулся, переступил с ноги на ногу, затем сглотнул ком в горле, облизнул пересохшие дрожащие губы и, не переставая странно улыбаться, поднял на Монику глаза, полные отчаянной боли.

– Вот как? Теперь надежда стала синонимом слова «глупость»? Или вы тоже из тех людей, которые считают, что она мне чужда? Может, я взвесил все «за» и «против» и посчитал более целесообразным заниматься тем, что с наибольшей вероятностью выгорит.

А может, я просто не смогу спокойно прожить остаток своей спасенной жизни, мучимый мыслью, что даже не попробовал помочь близкому человеку, когда он больше всего нуждался в этом.

Моника отвела взгляд в сторону.

– Не обманывайте себя, Саша. Вы сами знаете, чем это закончится.