Лохматый театр. Том 2

Десятки высоких казарм были сожжены до основания и сровнены с песком, почва пропиталась человеческой кровью.

Те люди, которые сумели пережить кровавую бойню не рассчитывали на эвакуацию и смирились со скорой и необратимой кончиной. Как бы холодно и жутко это не звучало, многие выжившие умоляли господа о смерти после того, что тем пришлось увидеть и ощутить, просили его скорее оборвать исковерканную изуродованную жизнь.

Оглушительный рокот автоматной очереди разнесся по туманным пустошам! Над кашей каменных обломков возвышался человеческий силуэт: это оказался рослый молодой мужчина с большими серебряными глазами, коротким крючковатым носом и взъерошенными волосами, черными, как уголь.

Незнакомец был укутан в старомодный серый балахон, какие обычно носили кладбищенские сторожа.

Отважный гражданин держал в руках громоздкий автомат Калашникова модели сорок седьмого года. Тяжесть экземпляров этой модели часто превышал пять килограммов, но мужчина размахивал дулом смертоносного огнестрельного оружия с такой легкостью и непринужденностью, словно оно вовсе ничего не весило!

Безумно рыча и пуская из пасти кровавую пену, из-под завалов недавно обрушившегося здания вылезали взломанные куклы; бездумные сумасшедшие чудища, утратившие боль и сострадание.

Черноволосый мужчина оказался в смертельной западне, но, не собирался сдаваться так просто.

Незнакомец зловеще щелкнул зубами и спустил курок! Дуло автомата мгновенно раскалилось докрасна, – рой пуль со свистом помчался к врагу! Взломанные куклы принялись замертво падать на землю, одна за другой.

Первому монстру, что напоминал лося, патрон угодил прямиком в лоб, второй кукле, что была похожа на черного ворона, вооруженный гражданский сумел отстрелить обе тонкие ноги!

Войдя в кровавый экстаз, мужчина разразился зловещим хохотом, не придавая ни малейшего значения тому, что его боезапас вот-вот иссякнет! Незнакомец смеялся так громко, что, казалось, был способен перекричать пулеметную очередь, гоготал с таким садистским наслаждением что, становилось все труднее и труднее найти хотя бы одно отличие между ним и чудовищами, которых тот убивал.

Вдруг автомат издал хриплый щелчок и замолчал, – патроны наконец закончились. На лице мужчины застыла странная эмоция: что-то среднее между шоком и смертельным ужасом. Гражданский отсоединил пустой магазин и швырнул его в сторону, принявшись судорожно рыться в карманах в поисках нового.