World of Warcraft. Восход теней

Тот желторотый мальчуган считал определенные вещи неизменными, но нынешний Андуин знал: это лишь по малолетству. На самом деле ничего постоянного в мире нет. Любой город может обратиться в руины, однако любой враг может стать союзником и даже другом, так что огульный цинизм ничуть не разумнее безоглядного оптимизма.

– Сир!

Смиловавшись, Андуин мягко потянул поводья на себя, и Верный, великолепный белый жеребец, сбавил шаг, перешел на легкий галоп, а глава разведслужбы, нагнав Андуина, пристроился рядом.

– Прости, – вздохнул Андуин, отбрасывая назад пряди мокрых, насквозь пропотевших волос, назойливо лезущие в глаза.

– Ты не предупредил, что у нас тут гонка, – буркнул Шоу. Шутки шутками, однако старший товарищ, изрядно потрепанный жизнью, но не утративший ни крепости тела, ни остроты ума, даже не запыхался. – Если б по справедливости начали, остался бы ты позади, хныкать да пыль глотать… ваше величество.

Андуин развернул коня к оставшемуся позади, за рекой, Элвиннскому лесу.

– Ну что ж, это нужно проверить.

– Может, и так, но вначале ты мне объяснишь, отчего скачешь сегодня, точно ума лишился. Не хватало еще, чтобы ты вылетел из седла и сломал свою королевскую шею.

Держался Шоу грубовато, сурово, и голос его звучал резко, сухо, точно он каждое утро полощет горло опилками, но эта суровая прямота короля только радовала. Если большинство придворных в присутствии Андуина без расшаркиваний да поклонов слова сказать не могли, то Шоу все выкладывал попросту, напрямик.

Тучи над головой сгустились, грозя разразиться ливнем, но Андуин, невзирая на надвигавшееся ненастье, с легкостью опытного наездника спрыгнул с седла. Верный заволновался, встряхнул пышной белой гривой, грызя удила. Обойдя коня с головы, король вынул из кармана пару ломтиков яблока и протянул ему. А-а, вот оно что: недоуздок ослаб и в сторону съехал… Позволив коню уткнуться теплым, бархатистым носом себе в плечо, Андуин привел сбрую в порядок и коснулся лбом морды Верного, между глаз.

– Знаешь, когда я был совсем мал и только учился ездить верхом, отец отвел меня на конюшню и подарил мне первого в жизни пони, – заговорил Андуин, блекло улыбнувшись воспоминаниям о былом. – Серого в яблоках. Кроткого, тихого. Тринадцати ладоней в холке. Я спросил у отца, отчего рост лошадей измеряют в ладонях. Отец заулыбался, ответил, что понятия не имеет, и рявкнул на конюха: отчего? Ответить никто не смог.