Раздор

– Я дарю тебе знание, что позволит тебе осуществить твою цель, а ты сделаешь, то, что я тебе велю.

– И что же я должен буду сделать?

– Ты покинешь этот мир!

– Я покину этот мир лишь тогда, когда мой взор покроет крылья моего сына!

– Так тому и быть! – голос соглашается.

Но, а предводитель драконов стоит перед чертой и, недолго размышляя, соглашается. Кто-то из темноты, протягивая свою костлявую руку, дотрагивается до его лба.

– Иди, – сказал голос.

– Ничего не изменилось, шарлатан, я убью тебя! – Разгневался предводитель, посчитав, что тот насмехается над ним, как вдруг его прерывает озарение.

Предводитель быстро полетел к сыну. Уже наступало утро, когда он подлетал к городу. В городе все только начинали просыпаться. Врываясь в покои сына, предводитель хватает его своими когтями и вытаскивает наружу, он взмыл вверх, выше самого высокого здания и направил весь свой огненный жар на своего сына.

– Отец, нет, что ты делаешь, не надо… – испуганно кричал Деволл.

В этот момент из пасти дракона вылетает что-то странное, плавно переходя по дыханию огня, оно присасывается к лицу Деволла, становясь частью его кожи.

Увидев лежащего и не двигающегося сына, предводитель на секунду впал в безысходность, у него внутри словно стало пусто, и в тоже время его будто что-то тянуло сквозь землю.

– Что же я наделал? – подумал он.

Внезапно, размахнувшись правой рукой, Деволл бьет отца в грудь с такой силой, что предводителя откидывает на несколько метров, оставив на его левой груди сильный ожог. В процессе размаха, на его ладони образовался сгусток огненного шара, что и оставил ожог на теле предводителя. Жители были ошарашены произошедшим, встревоженно они начинали отходить от них, а воины незамедлительно схватили Деволла.

– Не трогайте его! – выкрикнул предводитель. – Сын, попробуй превратиться в дракона.

– Я не могу этого сделать, и ты это прекрасно знаешь. Если тебе нужен сын, способный превращаться в дракона… ты знаешь, что делать! – резко и с ненавистными глазами Деволл наорал на своего отца и ушел.

Тогда, предводителю стало стыдно и грустно за свой поступок, из-за своего эгоизма, он подверг своего сына мучениям.