Пограничник. Книга первая. Кругом была тьма

Иван сгреб в сторону какие-то папки, футляр с очками и бесполезную канцелярию. Катанул в сторону полковника кресло.

– Герр менеджер!

– Я т-те щас дам герра! – сказал полковник, тяжело втискиваясь в кресло. – Тресну вот пистолем этим южноафриканским по харе! Надо же страны – нет, а пистоли еще остались! – удивился он, глядя на пистолет в своей руке.

– Сколько тут еще этих тварей? – спросил Иван.

Половник задумался на мгновение. Потом уверенно заявил:

– Много!

– М-да… – покачал головой Иван. – А кто-нибудь еще живой остался?

– Никого! – и снова Ивана поразила странная убежденность, прозвучавшая в словах полковника.

Иван пожал печами. Если бы он знал, как!

Они находились в самом низу, в тоннеле, где конви долбили очередные комнаты для офисов «Нового Авалона» отбойными молотками. Они крошили породу, складывали ее в вагонетки, а вагонетки укатывал куда-то в тоннель обычный рабочий на мотодрезине. Наверное, за минуту до того, как это произошло, каменный пол под ногами вдруг заходил ходуном, стало слышно, как где-то в тоннелях посыпалась порода.

– Эй, нас тут не завалит? – Дэн испуганно посмотрел вверх.

Конви прекратили работу, испуганно переговариваясь.

Потом они бросили инструменты, враз опустились на колени, производя в воздухе какие-то жесты, начали по-своему медитировать, шепча незнакомые Ивану мантры. Впрочем, мантры он вообще с трудом запоминал.

– Аминь!.. – вдруг сказал кто-то сильным, страшным басом над ухом Ивана.

И звук этот словно бы никуда не делся. Он остался под сводами тоннеля, вибрируя едва уловимой нотой. Ивану вдруг показалось, что он разбудил нечто в самой породе, в ее толще, словно сам камень и сама земля вдруг откликнулись на это слово.

Иван даже удивился, потому что сначала решил, что это сказал кто-то из конви. Но звук неожиданно стал нарастать, превращаясь из низкой басовой ноты в величавый рокот. И Иван вдруг физически ощутил этот рев. Звук не бил по ушам, он просто вошел в тело Ивана, и каждая клетка этого тела, тренированного, физически сильного, красивого и выносливого, способного противостоять, казалось бы, чему угодно и кому угодно, вдруг вошла в резонанс с этим торжествующим подземным орга?ном.

Словно земля вдруг запела!

Вот тут-то Ирвин и сказал: «Ну, все, приехали!» – и голос у него был какой-то тихий, как бы пришибленный.

А дальше – ничего… Пустота.

Хуже было, когда очнулся. Кругом была абсолютная тьма.