Болото вечной жизни. II часть

 – Проходя таким образом в мир Икса, мы автоматически заключаем договор, нарушение которого карается смертью для обеих сторон.

Егор неверяще смотрел на сестру.

– Для обеих? И для Икса также?

– Да, и него. Дело в том, что, по словам Верховного…

Перебив сестру, Егор спросил:

– Ты уже не в первый раз этого жреца так называешь, почему?

– Его титул. Собственно, только так к нему и надо обращаться. Возможно, у него и имени-то нет. Но это ладно. Дело в том, что, по словам Верховного, Икс не может лгать – ложь его уничтожает.

Неудобно, правда? Но он в состоянии уравнять шансы. Икс в любой момент может узнать, лжёшь ты или нет. Если лжёшь, можешь даже не заказывать гроб с музыкой – хоронить будет некого. У каждой стороны есть и права, и обязанности, о них расскажу потом. Главное, что и сами жрецы, и все, кто, так сказать, входят в сферу их управления – неприкосновенные фигуры, пока соблюдают договор.

Егор задумался.

– То есть, – после долгого молчания заговорил он, – мы сейчас гарантировали себе безопасность? Островок спокойствия, другими словами.

– Да. Ни нас, ни собак, ни Марину, ни Андрея, ни Машу, ни кошек – никого он не тронет.

– Да-а, дела, – протянул Егор и умолк. – Что ж, – произнёс он через несколько секунд. Нечего сидеть, разве что только геморрой высидим, надо идти туда. Ты жди, я туда и сразу обратно. И тогда пойдём вместе.

Егор поднялся и пошёл к пятну. Он уже почти собрался полоснуть себя по руке ножом, но вдруг обернулся.

– А ты самого Икса видела?

– Нет.

– А. Удивительно, – Егор задумчиво переводил взгляд с руки на нож и обратно, – мы так боялись получить хоть небольшую царапину на болоте, чтобы сейчас самим предлагать ему свою кровь.

– Да, – откликнулась Юля, – не то ирония судьбы, не то откровенная насмешка.

Егор снова встал лицом к пятну, разрезал себе запястье и уже через несколько секунд опустился на землю без сознания. Юля подошла к телу брата, но даже не стала его оттаскивать. На месте она остановила кровь, обработала рану и села чуть поодаль, прислонившись спиной к дереву.

Вернулся Егор очень быстро. Открыв глаза, он резко сел и на лице его появилось бессмысленное выражение, которое через несколько секунд стало сменяться более вменяемым, и Егор начал оглядываться по сторонам в поисках сестры. Заметил её он не сразу, так как утренние серые сумерки скрадывали очертания всех объектов, в какие всматривался Егор, делая их зыбкими и неверными.